– Вы хороните родных под замком? – удивился Клод.

– Не хороним, а помещаем в склеп, – поправил его Крис. – И чему ты так удивляешься? Магия десятилетиями сохраняет тела, и со временем они только немного начинают сохнуть. Я туда спускался смотреть на предков, так совсем нет никакого запаха. Ну или он едва заметен. Хочешь, сходим?

– Твои предки – ты на них и любуйся, – отказался Клод.

– Ладно, я не к тому сказал. Спуск в склеп идет через галерею с портретами. Там мы с тобой тоже не были. Портрет подойдет?

– А что это такое – портрет? – спросил Клод. – Меня такому слову не учили.

– Это изображенный на картине человек. Слово «картина» тебе знакомо?

– Знакомо, – буркнул Клод. – Ты нас зря считаешь дикарями. Я видел картины у графа, и у нас в школе была одна. Но портретов у нас нет, или я их не видел. Хорошо, есть образ, и есть заклинание, которое никто не отследит. Но как я могу быть уверен, что ты потом не проболтаешься? В тебе же ничего не держится! Сам же потом все сестре и выболтаешь! Будут мне потом прогулки с поцелуями! Она меня вообще не захочет видеть.

– И на этот случай есть заклинание, – сказал Крис.

– Есть, – согласился Клод. – И я его даже знаю. Но вот за его применение к тебе с меня точно сдерут шкуру.

– Ты умнее и старше меня, но почему-то иногда тупишь, – сказал Крис. – Сделаешь все для образа, а потом свяжешь его со мной. Портрета для меня не рисовали, но для чего придуманы зеркала?

– А ведь точно! – сказал Клод. – Ладно, я тебе сейчас не дам ответа. Поговорим об этом завтра. Долго еще до обеда?

– Проголодался? – спросил Крис и посмотрел на подвешенные к поясу часы. – Еще полчаса. Хорошо все-таки, что к нам повадились пришельцы. Триста лет назад никаких часов, кроме водяных, не было. А сейчас их даже можно носить на поясе.

– Проголодался, но несильно. Просто нужно поговорить со своей сестрой, а у нас после обеда занятия. Она должна перед обедом вернуться в наши комнаты, поэтому я пойду.

Клод шел по длинным коридорам замка и думал о предложении Криса. Ему страшно хотелось, как говорил мальчишка, гулять с этой необыкновенной девушкой, держать ее за руку, коснуться губ... В жизни каждого подростка наступает время, когда он начинает искать себе предмет для обожания. Клоду не нужно было никого искать. Все два дня пребывания в замке он только и думал, что о Луизе. Если бы не она, он бы прирос к библиотеке и не пошел ни на какой обед. Кто мог знать, что в этом почти нищем замке собраны такие сокровища! Наверное, дед Криса спустил на книги не только все доходы, но и все красивое, что было в замке, потому что сейчас в нем не было ничего. В огромном здании, в котором, кроме хозяев, жили только тридцать стражников и два десятка слуг, не было ни статуй, ни гобеленов, ни светильников из стекла. Может быть, в комнатах хозяев что-то и сохранилось, но весь остальной замок мог похвастаться только голым камнем. Не было даже занавесок на окнах. И зачем его было строить таким большим? Когда Клод задал этот вопрос приятелю, Крис удивился.

– А как же иначе? Какой ты граф, если у тебя нет своего замка или хотя бы дворца? Этот строили несколько поколений моих предков и закончили строительство лет триста назад. Тогда еще кое-кто держал дружины. Не знаю, была ли она у нас, но, думаю, что была. В казарму, где сейчас живут стражники, можно запихнуть в три раза больше солдат.

– А почему сейчас нет дружин? – спросил Клод.

– Зачем содержать то, что ненужно? – сказал мальчишка. – С кочевниками и южанами воюет армия императора, а с нас вместо дружинников берут деньги. А если вздумает напасть кто-то из соседей, император уничтожит весь их род. Поэтому тебя могут вызвать на дуэль или подстеречь в укромном месте и выпустить кишки, но на замок никто не нападет. А для обычной охраны хватает стражи.

Клод задумался и прошел мимо дверей в комнаты сестры, поэтому пришлось возвращаться. Как он и надеялся, Алина уже была у себя.

– Чем сегодня занимались? – спросил он, зайдя в прихожую.

– Тем же, чем и вчера, – засмеялась сестра. – Болтовней. И еще я показывала графине кое-что из того, чему научилась.

– А как себя ведет Леона?

– Поначалу жутко ревновала тебя к Луизе, а потом немного притихла. Сидит с нами, но почти не разговаривает. Мне ее жаль.

– А о чем вы болтаете?

– Не о чем, а о ком, – опять засмеялась девочка. – В основном все разговоры о тебе. Луиза из меня за два дня вытянула все, что я о тебе знаю. По-моему, ты ей очень нравишься, так что Леона злиться не зря.

– Скажешь тоже, – смутился он.

– Смотри, будь с ней осторожным, – предупредила Алина. – Луиза очень красивая, но она любит командовать. Вертит всеми, как хочет, и всегда добивается своего. Она не привыкла, чтобы ей кто-нибудь отказывал. Если ты ей быстро поддашься, живо на тебя заберется!

– Что ты такое говоришь! – возмутился Клод.

– Я не в этом смысле, – слегка покраснела девушка. – Хотя и в этом тоже. Может, вы с ней получите удовольствие, но ее отец тебе этого не простит, и Луизу слушать не станет. Барон графу не ровня, а наше баронство здесь никто баронством не признает. И не только из-за того, что у нас нет имения, а потому, что мы из королевств. Как бы хорошо к тебе ни относился граф, свою дочь он тебе не отдаст. Его тогда все засмеют! Может быть, когда-нибудь, но не сейчас. Сначала ты должен занять здесь достойное место.