– Сэр Готвард говорил… – И тут Роберт осекся: он вдруг понял, кто сидит перед ним. Мгновение спустя шерсть на его загривке поднялась, в глазах загорелся зеленый огонь, и маленький фокстерьер грозно зарычал: – Я узнал тебя! Ты пластилиновый черт!

– Ну да, – вскочил племянник суперагента. – Я – черт. А что, собственно, в этом такого?

– Как что? – взвился Роберт. – Война! И ты будешь моим первым подвигом! Защищайся!

– Ты что, с ума сошел? Что я тебе плохого сделал?

Роберт вовремя вспомнил, что решил стать образцом выдержки и учтивости. Он вежливо поклонился противнику и торжественно сказал:

– Многоуважаемый сэр! Может быть, я смогу оказать вам услугу, освободив от какого-либо обета? Или вы окажете мне высокую честь, сразившись со мной в честном поединке?

– Ты что, больной? – в замешательстве отступил Лемох. – Я не хочу драться.

– Трус! – взревел Роберт.

– Я не трус! – взвизгнул чертенок. – Я – пацифист!

– Паци… Кто? – ошеломленно переспросил Роберт.

– Фист! – отважно докончил перепуганный Лемох.

– Вот это да… Это что же получается? – задумался Роберт. – Война ведь! Мы просто обязаны драться!

– Я не знаю. А тебе очень нужно со мной драться?

– Очень, – вздохнул Роберт.

– Что же делать? – поинтересовался племянник суперагента.

– Ума не приложу. – Роберт почесал лапой за ухом и в глубокой задумчивости сел рядом с Лемохом.

Между тем постепенно приближалось время ответа на ультиматум. Роберт посмотрел на настенные часы и решительно сказал:

– Ну ладно. Сейчас мы воевать не будем. У меня уже нет настроения тебя кусать.

Лемох изящно поклонился. Роберт ответил не менее галантным поклоном.

– Но после объявления войны мы – враги! И если я поймаю тебя на поле боя, то обязательно возьму в плен.

– Ладно, уговорил, – кивнул Лемох. – В плен так в плен. Надеюсь, ты меня там не бросишь?

– Как ты мог подумать? – возмутился Роберт. – Фарфоровые рыцари благороднее всех относятся к пленным. Ты просто погостишь у нас с недельку. Побегаем, поиграем, почитаем вместе. Сэр Готвард говорил, что есть такая книга, она называется «Айвенго»…

– А больше он ничего не говорил?! – Буквально кипящий от обиды и ярости суперагент вышел из-за коробки с пуговицами. Он прятался там уже минуты две и слышал почти все.

Роберт понял, что теперь перед ним взрослый пластилиновый черт – серьезный и жестокий противник. К чести маленького фокстерьера надо сказать, что он ни капли не испугался. Чуть нахмурив брови, с огромным чувством собственного достоинства Роберт величаво поклонился и как можно вежливее спросил:

– С кем имею честь беседовать, уважаемый сэр?

– Что?! – сквозь зубы выдохнул Сэм.

– Минуточку, – вмешался Лемох. – Позвольте вас представить: это мой дядя – суперагент Самюэль, кавалер всех регалий с правом ношения белых тапочек. А это мой новый друг – фокстерьер Роберт, в недалеком будущем благородный рыцарь Фарфорового Ордена.

– Заткнись! – тонко взвизгнув, оборвал его Сэм. – Вы меня с ума сведете, идиоты! Рональд… или как тебя там?

– Роберт, сэр.

– Да, Роберт. Отойди в сторонку, мне с этим олухом поговорить надо.

– На какую тему, дядя? – застенчиво поинтересовался Лемох.

– На семейную! – прорычал Сэм и, понизив голос до трагического шепота, обрушился на племянника: – Ты что, решил меня угробить? Тебя зачем здесь оставили? Бдить, следить, докладывать! А ты знакомишься с противником, набиваешься к нему в гости и вообще веселишься. Конечно, в мирное время это не так уж плохо, но сейчас война! И твои заигрывания с вражеской стороной могут дорого обойтись не только тебе.

– Да мы ничего предосудительного не делали, – попытался защититься Лемох. – Я увидел щенка, начал следить, а когда он стал читать книгу, то я, подкравшись, заглянул ему через плечо. Вдруг там напечатаны разные военные секреты?

– Остолоп! – Похоже, у бедного суперагента не хватало слов. – И этот толстый недоумок – мой племянник?

– Многоуважаемый сэр, – не выдержав, произнес Роберт, – простите за то, что я вмешиваюсь в ваши семейные дела, но вы переходите все границы хорошего тона. Прекратите ругаться или…

– Что «или»? – взревел Сэм. – Сейчас как дам по уху!

– Вы ведете себя как пьяный извозчик, а не как кадровый военный! Мне стыдно за вас. – И Роберт демонстративно сел спиной к противнику.

– Как вы могли, дядя? – огорченно прошептал Лемох. – Я не перенесу такого позора… – Маленький чертенок сел рядом с Робертом и погрузился в драматическое молчание.

Ошарашенный Сэм переводил взгляд с одного на другого и, наверно, впервые в жизни чувствовал себя полным идиотом. Во-первых, он не понимал, почему Роберт и Лемох обиделись на него. Во-вторых, он не мог понять, почему это его так волнует. Но в этом он боялся признаться даже себе. Однако молчание затянулось, и суперагент не выдержал первым.