– Так, а где наш проводник, кто знает? – дядя Гриша смотрел на Михаила. Мы все почему-то на него смотрели.

Михаил глянул на часы…

– Должен быть уже… – неуверенно сообщил он.

Марго тоже оглядывалась по сторонам.

– Василий обещал без опоздания, – заметила она.

Я пока не понимал о ком они говорят, но тоже оглядывался, как и все. Но я оглядывался по другому поводу. Мне очень не хотел, чтобы подъехал или ОМОН, или какой-нибудь СОБР. На их фоне мне никак не отличиться, а так хотелось, просто необходимо было утереть нос этому Николаю. И чтоб Марго, наконец, увидела: кто из нас кто.

Все смотрели на дорогу, в обе стороны. Мимо нас, не останавливаясь, одна за другой и навстречу, проскочили несколько легковых автомобилей с заспанными лицами диких туристов… Кто – туда, кто и оттуда. Но не ОМОН, отметил я, и услышал за своей спиной, прямо из кустов, громкое:

– Эй, – как стой, руки вверх! – служивые, грибочков не купите? Ха-ха!

Мы мгновенно развернулись на голос… Из кустов выглядывала рожа, не могу сказать что лицо, такие я в Зоопарке видел, в клетке с обезьянами. Большеротое, глазастое, тёмно-коричневое и обросшее на голове волосами… Сбежало! Но ОНО – ГОВОРИЛО! испуганно мелькнуло в мозгу, как человек почти в размашку, с шумом выбрался из плотных зарослей. Невысокий, невзрачный, можно сказать худой, почти небритый, но счастливо улыбающийся щербатым ртом, в непонятного цвета парусиновых брюках, местами штопаных, в старых тапочках, в длинной безразмерной линялой майке навыпуск, с цветными татуировками по всему открытым взору местам телу, с характерным «свободным» запахом.

– Маргоша, привет. Не узнала? – всё так же улыбаясь, раскидывая руки в стороны, спросил человек.

Марго вскинула брови, но «лицо» пришло на помощь.

– Я Женька, из четвёртого отряда… Ну?! Тебе мыша ещё тогда дохлого под подушку подкинул, помнишь? Ха-ха, пошутил я тогда. Во, ржачка была! Извини. Вы меня ещё тогда с Веркой-сквознячкой отдубасили… Директриса чуть из детдома меня не выперла, а я сам ушёл… Десять лет как…

– Ааа! Женька! Это ты?! – изумилась Марго. – Я тебя не узнала, богатым будешь.

– А я узнал. Ты такая же. Ещё лучше стала…

– Ну всё, хватит рассыпаться в комплиментах, – сердито прервал Николай. Опередил меня, зараза, я было уже рот открыл, чтобы прекратить этот балаган, но не успел, сильно удивлён был. – Показывайте дорогу. Куда дальше?

«Лицо» перевело удивлённый взгляд на Николая, потом с прежней улыбкой вернулось к девушке.

– А вот тут рядом, должна быть Варька. Ждёт. – Всё с той же улыбкой поведал он одной Марго, и указал рукой на маленькое, чуть в стороне от дороги, метрах в тридцати, неприметное полуразвалившееся строение, почти как блиндаж, одиноко торчащее в зелёных зарослях. – Можно было и сразу туда назначить, но здесь лучше. Для страховки. И если бы не ты – Марго, встреча бы в космосе не состоялась. – Сказал он и призывно помахал кому-то в сторону рукой. Потом повернулся к нам и заметил. – Всё, ехайте прямо, к вам сейчас выйдут. Варька и покажет. Она здесь старожил. Всё и всех знает. Меня она видела, так что… Бывай, Маргоша! – Раскланялся Евгений. – Мне туда нельзя. Запретная территория. Западло. Если что, для тебя, я – всегда пожалуйста. В пределах моей… эээ… – Евгений мучительно по-экал, не нашёл нужного определения, ограничился расхожим, – возможностей. Только свистни. Василий знает адрес мой гостиницы. Покеда, служивые, – махнул рукой, и исчез в кустах, будто его и не было. Ни одна ветка за ним не качнулась… Явление… Но это было…

Варька оказалась по виду женщиной, потому что в сарафане была, в цветных шлёпанцах, и косынке во всю голову. С таким же тёмным лицом, обвисшими щеками, с мешками под глазами, маленькая, сгорбленная, с выпуклыми тусклыми глазами, с серыми волосиками на подбородке и над верхней губой, но с ярко накрашенными губами и таким же ярким лаком на обломанных ногтях. Открытые руки были старчески обвислыми, коричнево-тёмными. Пальцы узловатые, грязные, но ладони выглядели странно светлее… Вокруг тётки витал ужасный запах смеси давно немытого тела и каких-то сладких духов… Кошмар! Её пришлось взять в машину. В нашу. Я пересел назад, мы дружно открыли окна…

– Как вас правильно величать, Варвара… – вопросительно произнёс дядя Гриша и умолк, глядя в затылок «вонючей» тётки…

– А Варькой и называйте. Мне так привычнее. – Сильно распространяя аромат, чуть повернувшись на вопрос, ответила тётка. В машине морем уже не пахло, Марго прибавила газу, ветер врываясь в салон не справлялся с очисткой…

Дядя Гриша не смутился, один я, кажется, зажимая нос, завис.

– Хорошо. Расскажите что вы знаете, поподробнее.

– Об чём?

– Об этих, которые где-то здесь… эмм… недавно поселились. Сколько их и прочее…

Чтоб не задохнуться, перескажем в убыстренном темпе. Они неизвестно откуда пришли, но, кажется, приехали, машина сразу же ушла, Варвара не видела. Вроде вечер уже был. Время не помнит, потому что часов у неё нет, да и зачем они ей… Трое. Один похоже больной или не в себе. Его на плече несли. Она в море как раз ванну принимала, её не видно, а ей наоборот – банный день – раз в неделю это обязательно, когда мыло есть и когда нет, всё равно. Завтра как раз такой день. А они прошли, её не видели. Обычно-то спрашивают, кричат: эй, есть ли кто тут, куда можно заселиться? Хотя, сюда обычно не селятся. Есть же «У Натальи», там и ближе и сервис, там и хоромы, а тут-то… Сами увидите. Жалезо. Военное кладбище броненосных кораблей. «А я у них, тут, вроде за адмирала числюсь, хе-хе, – тётка бодро хохотнула, но оборвала смех, продолжила повествование. – Короче, живут уже пятый вроде день, в смысле сутки. Носа наружу не показывают…» Она как-то третьего дни назад заглянула к ним… Мама родная, какой у них бардак. Всё загадили, больной спит, эти двое – бомжи бомжами… Жрут сухомятом, здесь же, она извиняется, гадят, вода кончилась… Но деньги у них есть, не известно уж как сейчас, дали ей триста рублей. Сказали принести жратвы, курева и водки, какая подешевле. Ну, этого добра здесь… да она и сама когда надо гонит… Хоть литр, хоть канистру… Какую закажут, хоть белую, хоть коньяк. «Кстати, а вам… – тётка опомнилась, одёрнула себя. – О чём это я? А, вспомнила, сдачу всю до копейки этим вернула. Можете спросить. И всё… До вчерашнего вечера точно там были, я заглядывала».

– А оружие у них есть? Пистолеты, автоматы… – Спросил дядя Гриша.

– О, это есть. Есть! Врать не буду. Один, чёрный такой, лежал на откидном столике…

– Автомат? Пистолет?

– Нет, врать не буду, я не спрашивала, но с длинным стволом, с ножку табуретки. А вот у другого точно автомат был. Наверное. Сзади. За поясом в штанах прятал. Он пошёл за деньгами, наклонился, я ручку и увидела. Они же без рубах там ходят, я извиняюсь, в одних нижних трусах, как дома, днём ведь жарко. Всё в жалезе. Вот и, я видела.