Он посмотрел в зеркало. Осунувшееся лицо со впалыми щеками, нехорошо раскрытые, немигающие глаза, высокий лоб и уродливая звездочка шрама над переносицей. Сюда когда-то вошла пуля. Аккуратно вошла, бронебойный сердечник проделал на удивление опрятное отверстие, не задев прошел между двух полушарий мозга и вышел из затылка. Врачам, конечно, пришлось повозиться… Это можно было бы назвать чудом, если бы со временем не проявились последствия. Приступы дикой головной боли и многочисленные провалы в памяти. Долгое лечение и пособие по инвалидности. И каждую ночь один и тот же сон.

Иногда он думал, что все же его жизнь закончилась тогда, в исследовательском центре, когда существо по имени Корнелий всадило ему между глаз пулю. Потому что то, как он жил сейчас… Не жизнь это, а существование. Он перестал быть человеком. От прежнего доктора технических наук Себастьяна Готлиба осталась лишь тень. Он ютился в небольшой квартирке, выбираясь из нее лишь на короткое время, за продуктами. Никто не звонил ему и не интересовался им. Единственный, кто приходил к нему, был хмурый почтальон, который раз в месяц приносил ему денежное пособие и очередную упаковку лекарств. Можно подумать, что у него никогда не было ни родных, ни друзей. Но ведь они были! Должны были быть… Несмотря на то, что по стране прокатилась опустошительная война, хоть кто-то же должен был остаться… И сам он не мог вспомнить ни одного номера телефона или адреса близких людей. Он хотел попробовать отыскать знакомых через федеральную социальную службу, но не мог вспомнить и ее номера. Он вообще не мог вспомнить ни одного сервисного номера, хотя эти номера были очень простыми – всего четыре цифры. А спросить кого-нибудь на улице не получалось. Он не мог ни к кому обратиться с этим вопросом, потому что сразу накатывал волной панический страх.

Другой на его месте давно бы покончил счеты с жизнью. С жалкими ошметками, которые от нее остались. Но он продолжал жить. Потому что кое-что у него все же оставалось. Надежда. Он знал, скоро все его мучения закончатся. Скоро к нему придут. И тогда прекратятся ночные кошмары и исчезнут приступы боли. А еще тот, кто скоро придет, сможет ответить на все его вопросы. И когда он услышит ответы, он вспомнит все. Главное, правильно задать эти вопросы. Он сможет. Он уже почти знал, что будет спрашивать, хоть и не мог пока сформулировать. Но это было неважно. Потому что правильные вопросы сами придут в нужный момент…

Как всегда от этих мыслей по телу прошло умиротворяющее тепло. Он даже почувствовал в себе силы побриться. Потом можно будет причесаться, надеть свежую рубашку, съесть что-нибудь и спокойно дожидаться, когда к нему придет тот, кто ответит. Тот вполне может прийти сегодня… Правда, несколько раз он уже ошибался: приходили активисты из армии спасения и сосед пытался занять уксус, которого у него, конечно, не было.

Человек успел побрить правую щеку, когда услышал дверной звонок. Он выронил бритву, и та со стуком упала в раковину. Дождался! Он схватил полотенце, выскочил из ванной, на ходу стирая с лица остатки пены, и, бросив полотенце на пол, побежал ко входной двери.

– Ты меня любишь? – Марта повернулась в постели и посмотрела Роману в глаза.

– Да, – ответил Роман и закинул руки за голову.

– За что?

– Ну… не знаю. – Он задумался. – За все.

Марта нахмурилась:

– За все – это то же самое, что ни за что.

– Так ведь обычно и любят ни за что. Просто потому что любят.

– Так что, меня и любить-то не за что? – рассердилась Марта.

– Я такого не говорил. Тебя есть за что. Иначе бы я не любил, правильно?

– Не знаю… – Она задумалась. – Ты меня любишь за то, что я красивая?

– Да, за то, что ты красивая.

– И только за это?!

– Конечно, не только.

– А за что еще?

Он попытался собраться с мыслями. Сделать это в посленапряженном состоянии было довольно сложно.

– Понимаешь, любят за то, когда с человеком хорошо.

– В постели?

– Когда только в постели, тогда не любят, а хотят. Да что у тебя все мысли о постели…

– Сам меня сегодня в кровать затащил…

– Ухм… – отмахнулся Роман. – Не сбивай с мысли. Значит, за что обычно любят… Любят, когда везде хорошо. И в постели пыхтеть, и обсуждать что-то, и дурью маяться. И даже молчать рядом друг с дружкой.

– А со мной хорошо все это?

– С тобой – лучше всех.

– Правда?

– Разве я тебя когда-нибудь обманывал?

Марта улыбнулась озорной улыбкой.

– Может, ты просто хитрый и еще не попадался.

– Ну спасибочки тебе…

– Прости… А со мной и молчать хорошо?

– У тебя вообще редкий дар. Обычно, если мужчина молчит, женщина тарахтит за двоих.

– Тогда давай помолчим? Чуть-чуть.

– Давай… Давно пора.

– Ой, щекотно…

Позже, когда Марта уже уснула, Роман еще долго лежал в темноте с открытыми глазами, закинув руки за голову. Он думал, как же это все быстро произошло. Еще месяц назад он даже не был знаком с Мартой, а сегодня это был самый близкий ему человек. Он покачал головой: вот ведь как бывает… Познакомились они случайно – оказались соседями на лестничной площадке. Тогда он в первый раз увидел ее, но особого внимания не обратил. Симпатичная девушка, не более. Настоящее знакомство произошло позже, когда во время выезда на подозрительный адрес коллега Романа обнаружил Марту сидящей в мусорном контейнере. Тогда Роман подбросил ее до их общего дома. А на следующий день решил продолжить знакомство. К делу он хотел подойти основательно. Придумал, что нужно не просто позвонить к ней, а хитро, как бы невзначай, заглянуть по-соседски, и уже с этого плацдарма… «Вот! – сообразил тогда он. – Например, у меня соль закончилась. Ведь вполне правдоподобно будет по-соседски попросить ее о маленьком одолжении?»