Иар, Гордон, Эори - лишь самые крупные из нескольких десятков планет, где вольные чувствовали себя в полной безопасности, промышляя контрабандой и разбоем. Имена некоторых капитанов успели обрасти легендами и стать синонимами неуловимости и жестокости.

А паутина их влияния продолжала только разрастаться.

Смельчаки и авантюристы всех мастей открывали новые пути из одного конца доступной им вселенной в другой. Торговцы живым товаром, дурью, запрещенными препаратами, оружием, секретными навигационными картами, искали тропинки внутрь Галактического Союза. И, что уже являлось неоспоримым фактом, находили.

Расстояние и недоступность больше не были им подспорьем.

Утешаться тем, что шанс сработать на опережение еще оставался, Орлов не собирался. Догадывался, какой будет цена за малейшее промедление. Пример других секторов, уже давно столкнувшихся с феноменом довольно оперативного внедрения идеологии вольницы в стурктуру, служил веским доказательством, что эту опасность он не преувеличивал.

К тому же привычными методами справиться с вольными оказалось практически невозможно. У пограничных служб и флотов другие задачи. Границы секторов - понятие слишком размытое, условное. У каждого астероида или точки прокола базу не поставишь. Ни одна экономика такого просто не выдержит.

Но это была только видимая часть айсберга.

Правители соседствующих с Окраинами объединений относились друг к другу весьма настороженно, любая попытка агрессивной политики, даже по отношению к отбросам, была способна послужить поводом для нового конфликта.

Орлов являлся потомственным военным и о том, что война - зло, хоть иногда и неизбежное, знал не понаслышке. И имел к ней свои счеты. Его первая жена погибла буквально в последние дни боев с самаринянами.

Этой смерти он себе так и не простил, но мог не допустить другие, если справится с поставленной перед ним задачей. Потому и собирался сделать и невозможное, лишь бы именно так и произошло, пусть и отдавал себе отчет, что на фоне известного ему она выглядела едва ли не безнадежной.

Два сектора из четырех, что непосредственно граничили с Окраинами, предпочли сражаться с контрабандой внутри своей структуры, взяв часть ее под контроль и пытаясь вырвать с корнем то, что сорными травами прорастало в теневую торговлю.

Стархам* удавалось сдерживать их рост, но методы.... Император Индарс до сих пор считал, что жестокая казнь на главной площади его столицы вполне способна не дать распространиться заразе. Пока что он выигрывал эту битву, но... что будет завтра?

А вот люценианцы* уже сдались. По оценкам его службы почти четверть от доходов сектора оседало в карманах вольных. Еще чуть-чуть, и империя падет перед становившейся все заметнее экспансией в их экономику. И, кажется, правитель Люцении уже смирился с этой мыслью.

Кому более-менее удалось бороться с вольными, так это демонам и скайлам. Но тут использовалась и совершенно иная стратегия.

Скайлы были слишком закрытой расой и разбирались с чужаками способом, который считали единственно верным: предупреждение и немедленно следующий за ним залп на поражение.

Это работало. Вольные с подданными кангора* Синтара предпочитали не связываться даже тогда, когда те появлялись на их территории.

Демоны не прятались от внешнего мира, но и их спасали традиции. Верность и неподкупность служила хорошим барьером.

Вспомнив о демонах, Орлов непроизвольно скривился. Император Хандорс лично обещал ему, что присмотрит за дочерью, но боль это не унимало. Он готовил ей место в службе, идею которой они со скайлами разрабатывали уже несколько стандартов, но ошибся. Теперь Наташа была среди тех, против кого он собирался начать войну.

Не вольная, но настолько близко к той грани, за которой ей не будет прощения, что каждый новый ее заказ заставлял его торопить события. Он должен был вернуть дочь до того, как станет поздно что-либо изменить.

– Мы успеем.

Капитан Таласки подошел к Орлову, встал рядом. Мысли генерала ему были хорошо известны. Таким уж он уродился, знал даже то, что и не хотел бы знать.

– Что скайлы?
– Генерал поддержку капитана не принял, перевел разговор на более насущные проблемы.

– Мы договорились по туорану*. Кангор настаивает на особой секретности операции, но я заверил его, что прикрытие будет идеальным.

– Кого собираешься использовать?

Орлов был уверен в своем офицере, эта игра была далеко не первой, за которую тот брался. В большинстве из них выигрывал именно он.

Риск был для Таласки воздухом, адреналин в крови - пищей. Ну а способности эмпата и дружба со скайлом, прекрасным подспорьем к умению все преимущества противника обратить себе на пользу.

Не преуспел он лишь однажды, но тут уж не его вина. Дарил оказался рядом с Натальей первым.

– Джессику и Данкина.

– Лорда и леди Уэлри?
– с ноткой удивления переспросил генерал, мысленно разбрасывая по двум столбцам все "за" и "против".

Ответ подчиненного еще не прозвучал, а Орлов уже оценил все выгоды подобного решения. Колдун и ведьма. Они и, правда, обладали кое-какими талантами, особенно Джессика. Ее предвидения будущего не раз становилось подспорьем в их делах.