Вечер опять провели, строя версии. Ольгерд использовал каждый более или менее подходящий момент, чтобы незаметно перевести разговор на тему их брака.

Ночью его разбудила Лора.

— Что случилось? — спросил он. — К нам кто-то забрался?

— Нет! Я вспомнила!..

Ее лицо, освещенное ночником, выражало крайнее волнение.

— Давай оставим до утра, — попросил Ольгерд, не имея ни сил, ни желания просыпаться.

— Ты только послушай! Арсений имел обыкновение вести дневник. Я его как-то застала за этим, на первый взгляд, совершенно бесплодным делом, и хранил он его в своем сейфе в офисе. А у меня есть ключи от всех сейфов. Естественно, никто об этом не знает. Нам надо с тобой завтра же ночью пробраться в офис и взять дневник.

— Но как мы в него попадем? Ты для всех умерла… а там охрана…

— Все предусмотрено. На непредвиденный случай я кое-что храню в своем офисном сейфе. Поэтому могу проникнуть в офис незамеченной.

— Отлично, значит, до завтра, — перевернулся на другой на бок Ольгерд и уснул.

Лора еще долго не спала. Но несмотря на это, с утра она была очень деятельна. Рассматривала какие-то схемы, что-то вспоминала, заглядывала в записную книжку.

Поздно вечером они сели в машину и поехали в Москву.

— Оставим машину здесь, — указала Лора.

Ольгерд повиновался. Ильховская шла чуть впереди, уверенно сворачивая, казалось бы, в тупиковые дворики и находя из них выход. Около двери, ведущей в подвальное помещение, она остановилась. Посмотрела по сторонам.

— Этот подвал проходит под зданием, где находится офис. Учти, ни слова, ведем себя, как две мышки.

Она открыла замок, вошла, включила фонарик, Ольгерд последовал за ней. Из подвала они вышли в длинный узкий коридор и уперлись в запертую дверь, но у Лоры был от нее ключ. Далее они поднялись по лестнице на седьмой этаж. Опять остановились перед дверью, которая тоже не послужила для них преградой.

— Здесь можно разговаривать, — включив настольную лампу, сказала Лора. — Это мой кабинет. Уф, устала. Но когда выйдем в общий зал, опять молчи.

Она посмотрела на часы:

— Охранники будут обходить помещение только через час. У нас уйма времени.

Лора приоткрыла дверь кабинета, выглянула и поманила за собой Ольгерда. Они миновали общий зал и вошли в кабинет Строгулина. Лора передала фонарик Жилёнису, подошла к небольшому сейфу, открыла его и принялась просматривать содержимое.

— Есть! — тихо воскликнула она и спрятала дневник в свою сумку. Затем стала бегло смотреть документы.

— Отлично! Значит, сделка не сорвалась, — прочитав содержание нескольких бумаг, произнесла она вслух.

— Ольгерд, ты иди в мой кабинет, а я еще загляну к своему коммерческому директору. Просмотрю бумаги. Мне же надо знать, как обстоят дела.

— Не забудь, что мы должны скрыться до обхода охранников, — напомнил Жилёнис.

— Минут двадцать, не больше, — деловито проговорила она.

Лора, конечно, немного задержалась, а потому, вернувшись, потушила лампу и, шепотом поторопив Жилёниса:

— Давай! Давай! — открыла дверь на лестничную площадку.

— Кстати, я довольна, — выйдя на улицу, сказала Лора. — Дела идут, как и при мне. Многим высокопоставленным чиновникам, крупным бизнесменам кажется, что если они, не дай Бог, заболеют, то все пойдет вкривь и вкось, а то и развалится. Больными едут на работу. Задерживаются допоздна. А умрут, и ничего не рухнет. Все, как было. На их место тут же найдутся другие. Обживут их кабинеты, и все пойдет по-старому… — вздохнула Лора. — Но дневник Строгулина жжет мне руки, — проговорила она, садясь в машину.

— Неплохо было бы, если бы Строгулин черкнул пару строчек о цели своего пребывания в Финляндии, — заметил Жилёнис.

Лора от нетерпения вздыхала всю дорогу. Приехав на дачу, они поспешили на кухню, сели за стол, и Лора принялась торопливо перелистывать страницы.

— Ага! Вот начало! Здесь о моем исчезновении. Но это потом… Вот! Он пишет об оглашении завещания… — она торопливо пробежала глазами написанное и, брызгая слюной от мгновенно вспыхнувшей злобы, воскликнула: — Вот же ублюдки! Судя по тому, что написал Арсений, они вмиг сообразили, какая им следует выгода от смерти каждого сонаследника.

— А ты как хотела? — удивленно глянул на нее Ольгерд.

Лора не ответила, она вся была во власти записей Строгулина.

— Ты только послушай! — прямо-таки пригвоздила она Жилёниса своим восклицанием к стулу и принялась читать.

— Давай передохнем, выпьем чего-нибудь, — после четверти часа непрерывного чтения, отодвигая дневник, предложила она.

Ольгерд принес бутылку виски.

— Что думаешь? — спросила Лора. — Ведь непонятно, кто был за рулем машины, которая едва не сбила Свергину. Кто подпилил ножки у стула Строгулина? Кто пытался сбросить кирпич на голову Мельгунова?