— Да, я слышал об этом… — Вальтер посмотрел на экран. — Сейчас можно узнать, где он?

— У него с собой маяк… Служба безопасности отслеживает его, но это так…, для успокоения совести. Помочь в данной ситуации очень сложно.

— Зачем тогда такая служба?…

— Она иногда помогает агентам в сложных ситуациях…

— Понятно… А связь с ним есть?

— В данном случае это бесполезно… У него нет обратной связи… А, этот Али, не знает, где точно находятся эти пещеры? Может они совсем в другой стороне… или даже стране.

— Ты же читал… Говорит, что не знает, но дорогу помнит. Говорит, она там одна… Значит, только эта дорога, — Вальтер ткнул карандашом в экран. — Давай, пей кофе! Остынет…

— Мы можем сейчас поговорить с ним? — Джей вопросительно посмотрел на Вальтера.

— С кем?

— Ну…, с этим Али…

— Вообще-то у нас запрещены ночные допросы… Если только придти к нему в камеру. Я позвоню…, попробую.

— Попробуй, Вальтер! А я позвоню к себе и узнаю последние координаты. — Голос Джея дрогнул. Он понял, что Стивен находится на волосок от гибели.

Вальтер показал ему на телефон, стоящий на соседнем столе.

Ночевать решили в кишлаке. У водителя там были знакомые, которых он знал ещё по прежним поездкам из Кандагара в Кветту. Они пригласили их в дом.

Высокий каменный забор окружал такой же одноэтажный дом. За ним росло несколько деревьев, и был небольшой загон для скота. Однако двор оказался настолько большим, что они смогли въехать на машине. Высокий забор почти скрыл их от посторонних глаз, да и сам дом находился на окраине кишлака, почти у самых гор.

Пока хозяева готовили ужин и о чём-то громко разговаривали с водителем, Стивен с проводником прошли в сад и сели на камни около небольшого арыка, протекающего прямо через сад.

— Ты хорошо знаешь эти места? — спросил Стивен, подсаживаясь вплотную к проводнику.

— Сколько себя помню, столько мы и ходили здесь… У нас было много народу. Когда мы останавливались на ночлег, то в арыке не хватало воды, чтобы напоить скот и напиться самим… Вот такое у нас было племя.

— А как же ты оказался в Карачи? Это ведь так далеко от этих мест.

— Мы жили недалеко от Шираза, но когда началась война, мы ушли в Афганистан… Во-о-н, за теми горами мы поставили свой лагерь, — проводник махнул рукой куда-то в северном направлении… — Два дня пути отсюда… Потом пришли какие-то люди и сказали, что мы должны взять оружие и воевать вместе с ними. Наши старейшины отказались разговаривать с ними и тогда они убили их… Мы взяли оружие, прогнали этих людей и ушли в Пакистан… С тех пор наш род стал распадаться. Кто ушёл воевать в Кашмир, кто вернулся назад, в Шираз, а я ушёл в город.

— А где же твоя семья?… Жена, дети?

— Я отослал их в Шираз… Плохо так. Редко вижу их… Я и согласился ехать с тобой, чтобы потом сразу уехать к ним.

— Вы всегда передвигаетесь по дорогам?

— Нет…, у нас есть свои. Там только лошади и скот… Мало кто знает эти дороги.

— Мы завтра поедем по этой дороге… Скажи, а где-нибудь от неё отходит другая дорога?

— Я ведь говорил тебе, что мы жили там, пока не пришли эти люди. Это два дня пути… Мы ушли оттуда, а эти люди остались. У них были машины и много оружия…, но они не умеют воевать.

— Значит, от этой дороги можно попасть к тем людям?

— Можно…, если они ещё там.

— А ты думаешь, они ушли?

— Наверное…, а может и там…

Пришёл водитель и позвал их на ужин.

Стало совсем темно. Лишь верхушки дальних гор чуть розовели на фоне тёмного неба. Вечерняя тишина, до звона в ушах, опустилась на кишлак. Стивен сидел на подножке своего грузовика и, облокотившись на дверь кабины, всматривался в ночное небо. Звёзд такой величины он не видел у себя в Лондоне. Там они были мельче и тускнее. Внезапно какой-то посторонний звук втиснулся в эту насыщенную прохладой долину. Он становился всё сильнее, пока не перешёл в нарастающий гул автомобильных моторов. «Приехали, — подумал Стивен и, подойдя к забору, привстал на цыпочки. Он попытался в темноте разглядеть приехавших. Колонна проехала через речку и остановилась уже на афганской территории. — Серьёзные ребята, если так проскочили мимо таможни… Значит, заранее была договорённость. Теперь придётся ехать за ними. Навряд ли это будет нам удобно, — Стивен прошёлся вдоль забора, — а, с другой стороны, мы ведь не знаем, куда они направляются… Хотя все говорят, что других дорог здесь нет… Не хотят светиться в кишлаке…».

К Стивену подошёл водитель.

— Как поедем дальше? — он кивнул в сторону колонны.

— У нас нет вариантов… Поедем за ними.

— Тогда надо выехать на час попозже.

— Почему?

— Сейчас дорога пойдёт круто вверх. Они идут груженые, и мы их быстро догоним… Километров через двадцать начнётся серпантин и они сразу увидят нас, а мы их. За ночь должны подъехать ещё машины.

— Если здесь действительно только одна дорога, то мы не упустим их. А если ещё?…

— Ещё не будет. Я здесь каждый камень знаю. По другой дороге не ездил, не знаю.