Чжэнмэнь, или Тяньаньмэнь, стали ртом; от них проходит длинная улица – «пищевод» Нэчжи. В том месте, где спрятаны «внутренние органы», с обеих сторон расположены «ребра» – широкие улицы, и маленькие «ребра» – узкие переулки-хутуны.

В чертеже генерала Лю северозападный угол города был почему-то срезан, и линия стены в этом месте получилась косой, посему и поныне «прямоугольник» Пекина не совсем правильный. Город был обнесен стеной из земли и глины, а чтобы стену не разрушали дожди и ветры, снизу доверху ее покрыли связками камыша, как будто нарядили Нэчжу в юбочку из лотосовых листьев.

Вот такая легенда. Неудивительно, что город, который в те времена назывался Даду, нередко называли еще и городом Нэчжи.

Людмила Исаева

Чжоукоудянь

Чжоукоудянь – это небольшой городок в окрестностях Пекина, который стал известен благодаря находке останков древнего человека -пекинского синантропа. Уникальную находку сделал шведский археолог Йохан Андерсон. Было это в 1926 году. Надо отметить, что еще задолго до этого в горе Луншань, расположенной в этой местности, люди часто обнаруживали окаменелые кости животных. Называли эти находки «лунгу» («кости дракона») и использовали в китайской традиционной медицине.

После находки Андерсона в 1927 году в местечке Чжоукоудянь начались официальные раскопки, которые принесли поистине сенсационные результаты. Именно здесь находилась стоянка предков китайской нации-синантропов, принадлежавших к наиболее ранней ископаемой форме человека. По оценкам палеонтологов, синантропы жили 700–230 тысяч лет тому назад.

Совсем недавно, в 1993 году, в пещере, расположенной на вершине горы Лунгушань, были найдены окаменевшие останки жившего 18 тысяч лет тому назад шаньдиндунского человека, особенности строения черепа которого показывают, что шаньдиндунского человека можно считать родоначальником желтой расы.

Синантроп был маленького роста – примерно 1,52 м. Его туловище и конечности в общем схожи с конечностями и туловищем человека. При ходьбе положение его тела было вертикальным. Мозг по объему составлял всего лишь две трети от мозга современного человека. У синантропа было плоское темя и покатый лоб, а также массивные надбровные дуги. Найденные вместе с окаменелостями синантропов каменные орудия свидетельствуют о том, что синантропы пользовались примитивными орудиями труда.

В 1987 году ЮНЕСКО официально объявила Чжоукоудянь культурным наследием мира, общим богатством всего человечества.

Улицы в виде шахматной доски

Улицы Пекина были проложены абсолютно прямыми, так что с одного конца улицы был виден противоположный. Они пересекали город с севера на юг и с востока на запад, образуя своеобразную шахматную доску. Такая планировка производила яркое впечатление на иностранцев; о красивом городе с прямыми улицами с восхищением писал Марко Поло, побывав в Даду.

Как уже говорилось, город представлял собой прямоугольник, его площадь была более чем 500 тыс. кв. ли. Улицы, идущие с юга на север, назывались цзин, а с запада на восток – вэй. Эти названия соответствовали названию нитей, горизонтальных и вертикальных, на ткацком станке. Переплетаясь между собой, «нити» делили город на 50 кусков земли, которые принято было называть фанами. Эти фаны были расположены вокруг Запретного императорского города. Проживали там обычные люди. Внутри каждого фана тоже были свои небольшие улочки и переулки.

Надо сказать, что такая планировка с прямыми улицами и фанами не была придумана монголами, китайцы применяли ее с 494 года. Однако китайцы непременно обносили фаны стенами, в которых имелись ворота. А при монголах стены уже не строили, поэтому границы фанов можно было планировать по-разному, в зависимости от ситуации. Такие своеобразные районы-фаны носили названия ворот, вблизи которых были расположены, а потому в них легко было ориентироваться.

Своеобразие китайской архитектурной планировки городов заключалось в том, что из-за особенностей климата все здания, как дворцы и храмы, так и обычное жилье, фасадом были обращены к югу, а улицы, на которых они располагались, пролегали с запада на восток. Таким образом жители защищали себя от зимних холодных северных и северо-западных ветров, поворачиваясь к ним «спиной», и в то же время жилища освещались и прогревались солнечными лучами. В последнее время китайцы-горожане, особенно богатые, вновь строят свои дома в соответствии с этими традиционными правилами, испытанными временем. Что же касается крестьян, то они этой традиции придерживались всегда.

Интересно, что и сам Пекин расположен в северной части Северо-Китайской равнины и окружен горами с трех сторон – с севера, востока и запада, т. е. и сам он естественным образом повернут «спиной» к северу, а «лицом» – к югу. Но ведь это не случайно получилось.

Ширина улиц, как и все в Китае, была строго регламентирована: 25 м – широкая улица, и 6–7 м – переулок (хутун). Что касается хутунов, то это яркая особенность северной столицы, это его душа, и о них можно слагать и песни, и легенды, а если рассказывать о них, то можно исписать целые тома. Одни названия чего стоят: Труба восточного барана, Колодец горькой воды, Коровий рог, Старые занавески, Бархатные нитки, Собачий хвост, Каменный тигр, Карман, Штаны, 100 сыновей…

К сожалению, в наше время прелестные названия, свидетельствовавшие о живой жизни пекинцев, были заменены на более благозвучные, но «неживые». Да и сами эти переулочки бесследно исчезают, уступая место современным небоскребам. Однако многие еще сохранились, и у гостей Пекина есть шанс прогуляться по ним, прислушиваясь к едва слышным голосам седой древности.

Переулок желтой собаки

Выше мы говорили о ярких названиях хутунов-переулков. Не менее интересны и другие названия, связанные с жизнью города: наименования мостов, улиц, городских ворот, садов, озер, фабрик и пр.