– Так хочешь, чтобы королева и Дан помирились? – Альдо бросил взгляд на опустевшую тропинку. – Но зачем?.. Ей всё равно замуж за одного из принцев выйти надо. Не лучше ли оставить, как есть? Да и Кинаро, насколько понял, не шибко рад чувствам королевы… – задумчиво добавил он.

– Лучше расстаться друзьями, чем врагами, – тихо отозвался Эр. – Чувства, которые начинаются с желания просто утешиться в объятиях другого, долго не продлятся. Эрмеара должна сделать осознанный выбор, а не потому, что обижена на Дана. Пойдём. – Виконт решительно развернулся. – Пусть сами разбираются, им надо.

Корин молча последовал за приятелем.

…Риген про себя костерил нежданных помощников последними словами. А как всё отлично складывалось! Настойка подействовала быстро, Лейвин вернулся, едва фаворит поспешил выйти из залы, чтобы прийти в себя. Улыбнувшись принцу издалека, Риг пошёл за Кинаро, чтобы под предлогом помощи отвести в покои Ируто. Ну и… надо ж было этим двум припереться так не вовремя!.. На миловидном лице появилась хищная, жёсткая улыбка, которая никак не вязалась с внешностью Рига. Ничего, времени ещё достаточно. Пока же можно доставить Кинаро ещё несколько волнительных минут и заодно посодействовать ссоре между ним и королевой. Она, как говорили слухи, ревнивая и к знакам внимания, которые оказывались её любовнику, относилась очень нервно. Особенно если неизвестно, кто их автор… Риг чуть не облизнулся, уже предвкушая завтрашнюю шутку с Данри. Только сначала надо успокоить Лейвина – он наверняка расстроится, что у Ригена не получилось с Кинаро. А потом ждала теронка. О да, ночь предстоит весёлая, а завтра ещё ехать со всеми к купальням…

Ничего, господина Киели бурные дворцовые будни ничуть не утомляли, он привык к такому времяпрепровождению.

Дан тихо радовался, что его никто не трогает, и он вдруг оказался в одиночестве посреди переполненного гостями зала. Все развлекались, как могли, даже Эр, и, как ни странно, фаворита это не задело. События последних дней вымотали его – постоянные подозрения и внутреннее напряжение в ожидании следующей пакости неизвестного врага. Он не глядя протянул руку и ухватил бокал с вином, сделал глоток. Хотелось с кем-нибудь поговорить, о той же записке, и не давал покоя вопрос – она имела под собой крупицу правды, или очередная грубая провокация? Альдо казался всерьёз увлечённым теронкой и на королеву даже не смотрел, несмотря на то, что два года назад она ему нравилась, если верить отчётам Джоргара. А может, под буквой «А» скрывался кто-то другой?.. Дан длинно вздохнул и снова отпил вино. Может, всё-таки довериться Эру и поговорить с ним о записке в спальне Эрми? Вдруг что подскажет?

– Не скучаешь? – словно услышав его мысли, сзади подошёл виконт.

– Да нет, что ты, – Дан обернулся и с улыбкой глянул на приятеля. – Скорее, отдыхаю.

От резкого движения окружающее поплыло перед глазами, и Дан удивился. Разве можно с нескольких глотков напиться?.. Вино вроде лёгкое. Он на всякий случай отставил бокал, хотя в нём ещё оставалось несколько глотков.

– А чего вы поссорились-то? – небрежно осведомился Эр, рассеянно наблюдая за придворными.

– Да ерунда, – буркнул Дан.

Он вдруг почувствовал жар, воротник рубашки стал нещадно натирать шею. Фаворит расстегнул несколько пуговиц, сделав пару глубоких вдохов. Что с ним происходит? Неужели от вина?

– Эр, ты не знаешь, случайно, Кор в последние дни… ничего не говорил про королеву? – всё-таки спросил Данри, пытаясь понять, с чего вдруг сердце заколотилось, как бешеное, а по телу разлилось странное томление.

Такие знакомые ощущения, но почему на ровном месте, посреди маскарада?! Кинаро сглотнул.

– Не-а. – Виконт покачал головой и покосился на Дана. – Он только про свою теронку говорит, с очень мечтательной мордой. Крепко зацепила его… Эй, ты чего? – встревожился он. – Тебе плохо, Дан?

– Не то чтобы очень, – пробормотал любовник королевы. – Пойду-ка, подышу воздухом… Душновато здесь.

Не дожидаясь ответа, Данри поспешил к выходу из зала, чувствуя, как всё сильнее скручивает внезапный приступ прямо-таки болезненного желания. Казалось, если вот прямо сейчас он не удовлетворит его, то просто взорвётся, как переспелый помидор. Мелькнула запоздалая мысль, что, пока он предавался размышлениям, кто-то, проходя мимо, добавил что-то в бокал с вином. Кто и что?.. Хотя на последний вопрос ответ очевиден: возбуждающую настойку. Оставался вопрос, кто. Зачем – и так понятно, чтобы в очередной раз попытаться подставить фаворита перед королевой. Таинственный враг не поверил в историю о ссоре? Или решил на всякий случай добавить поводов для подозрения её величеству? Значит, надо как можно быстрее убраться из дворца подальше. Чтобы не встретиться с какой-нибудь фрейлиной, совершенно случайно наткнувшейся на невменяемого любовника Эрмеары…

– Зар-раза!.. – процедил Дан сквозь зубы, ввалившись в ближайшую пустую гостиную.

Горло пересохло, в голове зашумело, и тело охватила дрожь. Он решил переждать приступ, а потом выбраться в парк, на свежий воздух. Чёрт знает, сколько было той настойки, судя по тому, как его скрутило, крепости она была знатной. Вот же неймётся кому-то!.. И как продуманно, вряд ли удастся найти зачинщика, даже Джоргару. Эйнерд остался в Арифри, а бокал с вином уже давно унесли и, скорее всего, помыли. Концов не отыскать при всём желании.

– Ч-чёрт!.. – прошипел Дан с нотками отчаяния и стиснул подоконник.

Теперь придётся вообще избегать любого питья и еды вне стен столовой. Или самому ходить на кухню и брать поесть. Да что ж за невезение!..

– Простите, я не знал, что тут… вам плохо? – раздался вдруг за спиной звонкий голос.

Кинаро вздрогнул и оглянулся. Кого ещё принесло?! К его удивлению, на пороге гостиной стоял сигериец, тот мальчик, что приехал с Лейвином. Парнишка растерянно хлопнул ресницами, потом сделал несколько шагов в комнату.