Я чувствовал себя беспомощным.

Марко, верный своему слову, ждал снаружи. Холод был жуткий. Пока я шел к машине и открывал дверцу для Лорен с Люком, мои руки окоченели. Ветер пронизывал мою тонкую курточку, и изо рта вырывались клубы пара.

С неба падали первые крошечные снежинки. Обычно мысль о снежном Рождестве меня радовала, однако сейчас показалась зловещей.

На обратном пути Нью-Йорк был тихим, словно морг.

– Я их не брошу! – раздался громкий голос Сьюзи за дверью.

– Речь не об этом, – тише ответил Чак.

Я неуверенно постоял в коридоре, но потом все-таки постучал. Послышались шаги, и дверь открылась. Я улыбнулся, щурясь в потоке яркого света.

– А, привет, – смущенно сказал Чак, потирая шею. – Ты, наверно, все слышал?

– Не все.

Он улыбнулся.

– Угу. Как дела? Чаю хочешь? Может, ромашкового?

Я покачал головой и зашел внутрь.

– Нет, спасибо.

Их квартира с двумя спальнями – только чуть крупнее нашей – была завалена коробками и сумками. Сьюзи со смущенным видом сидела на диване – оазис посреди хаоса. Они с Чаком были без масок, так что и я снял свою.

– Добыл новую маску? – спросил Чак.

– Нам дали другие – номер девяносто пять или как-то так. Не знаю, что это значит.

Чак фыркнул.

– Номер девяносто пять, ха! Моя маска защищает гораздо лучше, чем на 95 процентов. Зря ты свою отдал. Ничего, сейчас достану еще.

– Он словно к третьей мировой готовится, – рассмеялась Сьюзи. – Точно не хочешь выпить чего-нибудь горячего?

– Горячего – нет, а вот от чего-нибудь крепкого не откажусь.

– Ах, да. – Чак быстро достал из шкафа бутылку скотча и два стакана. – Со льдом или без?

– Чистый сойдет.

Он щедро разлил виски по стаканам.

– Ну, как Люк? – спросила Сьюзи. – Что говорят врачи?

– Мы ни одного не увидели. Его осмотрела сестра и сказала только то, что на птичий грипп это не похоже. Лорен положила его спать вместе с собой.

– Это же хорошо, да? Пока тебя не было, заходила Пэм, просила в случае чего ее разбудить. Она защищалась по тропическим заболеваниям.

Я точно не знал, как нам поможет знание тропических болезней, но понимал, что Чак пытается меня успокоить. Приятно было знать, что Пэм рядом.

– До утра подождет.

– Как тебе мысль о небольшом отпуске в Виргинии? – спросил Чак, протягивая стакан с виски.

– В Виргинии?

– Ну да, в старом доме на холмах, рядом с Шенандоа. Национальный парк, на горе всего пара хижин.

– А! – до меня дошло. – Сваливаешь?

Он кивнул в сторону телевизора, который работал с выключенным звуком. На канале CNN бегущая строка сообщала о вспышке птичьего гриппа в Калифорнии.

– Никто ничего не понимает. Одна половина страны уверена, что во всем виноваты террористы, другая – что напали китайцы, а еще одна – что ничего не случилось.

– Многовато у тебя половин.

– Рад, что тебе не изменяет чувство юмора.

Глотнув виски, Чак взял с кухонной стойки пульт и прибавил громкости в телевизоре. «Неподтвержденные сообщения о случаях птичьего гриппа поступают изо всех уголков страны. В Сан-Франциско и Лос-Анджелесе руководство департамента здравоохранения объявило карантин в двух крупных больницах…»

Я тяжело вздохнул и сделал большой глоток.

– Это совсем не смешно.

– Службы «Скорой помощи» по всей стране парализованы, сотовые сети не работают, – сказал Чак, глядя на экран. – Полный бардак.

– Можешь мне не говорить. Ты бы видел, что сейчас творится в больницах. Центр контроля заболеваний делал заявления?

– Они подтвердили наличие экстренных ситуаций, но пока не выяснили, что происходит.

– Нужно так много времени? Ведь уже десять часов прошло.

Чак сделал глубокий вдох и покачал головой.

– Интернет упал, системы логистики поражены вирусом «Скрэмбл», так что никто не знает, кто где и что делать.

Я потер глаза, глотнул виски и посмотрел в окно. Снегопад усилился, и теперь в темноте ветер кружил непрекращающийся поток снежинок.

Чак проследил за моим взглядом.

– Скоро начнутся метели. Похлеще, чем Рождество несколько лет назад. Как ураган «Сэнди», только со снегом.

Я не застал большой буран 2010 года, когда в Нью-Йорке на следующий день после Рождества выпало два фута снега. Семифутовые сугробы в Центральном парке, снег по пояс на улицах… Вьюги вообще с каждым годом становились сильнее. Зато «Сэнди» я пережил в городе, и мысль о его «снежной версии» меня пугала.