Утро в городе мы начали со скандалов, заявлений и взаимных претензий. В городском совете на меня тупо наехал один из купцов этого совета. Заявление серьезное, о нападении моих бойцов на него и его охрану. Доклад дона Редара я уже получил, найдены раненые члены команды, вызванные лекари прямо на месте достали арбалетные болты моего производства из различных частей тела матросов купеческого корабля. В трюме нашелся тяжелораненый сержант моего десятка. Налицо пиратские действия. Мои бойцы купца физически не повредили. Судья стал в позу, вернее на позицию купца, как будто, сволочь, от меня деньги не брал. Я не скандалил, хотя провоцировали со всех сторон. Я настаивал на справедливости. Купец отказался от действий команды, капитан куда-то делся, команда рассосалась, на руках остались только раненые члены команды, они следующей ночью умерли, хороший лекарь в ядах тоже разбирается. На следующий день осталась только предьява купца на моральный ущерб. Решение суда, заплатить купцу 5000 золотых марок компенсации. Я попросил отсрочки на три дня, судья, наглая морда, уступил мне эти трое суток. И предупредил о недопустимости ответных действий. Ну и ладно, отряд Редара демонстративно направился в казарму, я отправил на базу Алекса за спиртом и растительным маслом и тихо вызвал к себе ветеранов Петерса. Жители в этом городе ничего не знают про коктейль Молотова. Спирт с маслом тоже горит хорошо. Старые диверсанты все поняли с полуслова.

Яркое зарево в порту я наблюдал, находясь в приюте, под охраной собственных воинов. Петерс проводил служебное расследование по поводу гибели рекрутов, нет, он просто рвал и метал. Это был удар и по его имиджу.

С первым лучом, какой луч в этой темной дымке, солнца я уже был в Дорне, где с сочувствием и состраданием узнавал подробности пожара в порту и предлагал помощь. В первую очередь я помчался к купцу с соболезнованиями. Но его уже не было, он умер, повесившись в собственном кабинете. Выгорела часть портовых сооружений, его собственность, склады с товаром и пресловутый парусник, корабль вообще стоял без экипажа и охраны. Ко мне какие претензии, при свидетелях, согласно постановления суда, передал семье 5 тысяч марок и забрал у вдовы расписку. Все, я чист, но в городе стало понятно, что орден показал зубы. Метр Вогис все три дня проводил молебны по скоропостижно убиенным, бесплатно и с душой просил милости у богини для всех усопших в этом инциденте. Многочасовые речи преподобного рассказывали о судьбе, о милости, об удаче. Проповеди сводились к тому, что богиня страшно наказывает тех, кто нанес вред ее прихожанам. Число прихожан стало больше, люди проникаются верой в богов очень быстро, когда им наглядно демонстрируют огнем и дымом их гнев. 10 литров спирта смешанные с 5 литрами масла, эта смесь даже на камне пылала, - божественно. Запахи горелой плоти, витающие в воздухе, напоминали всему городу о тленности живого. Сколько желающих высказать мне и моим подельникам свое почтение, сам не верю. Весь город вместо осуждения, стал одной сплошной липкой любезностью. Давно его надо было всколыхнуть, тут вежливых слов не понимают.

Городские похороны, в каждом квартале завывания по усопшему, ремонт погоревших зданий, новое строительство в городском порту. Дорн на время проснулся. Внутреннее расследование показало отсутствие вины Абу. Этот покойник купец был в рядах его недоброжелателей, засада планировалась на кого попало, кто бы не ехал по дороге с двух доменов в город. Мог бы и я встрять. Осведомителя искать надо, но вероятность результата маленькая. Судья теперь юлит попой и уповает на законы города, я эти законы менять не буду, я их позже отменю вместе с городом.

Городской совет собрался на внеплановое заседание, совет почтил память погибшего своего члена и начал выборы нового кандидата. Гуляющая на площади сотня дона Петерса убедила совет, что новым членом их сплоченного коллектива вполне может быть уважаемый купец Абу Син. Мне бы еще 11 членов совета сменить.

Любое дело заразное. Не успел я пошевелить стройку, как идея строительства собственного гнезда захлестнула всех. Лара вспомнила за 25 тысяч долга от ордена, то есть, от меня. Ей срочно необходимо построить храм Макоши в поместье. Она там хочет венчаться, в город не хочет, в приюте жить не предполагает. Для спокойствия ей нужен храм и сильный блокпост на берегу океана, ваккурат напротив выезда из домена на казенную дорогу. Петерс же хочет вскладчину с Ларой провести ремонт дороги до Дорна, и попросить при этом помощи у ордена. Высказал просьбу на постройку особняка в приюте Абу Син, всегда нужен запасной аэродром. А если учесть, что к особняку добавляется офис и склады, ощущение того, что он переезжает из города, предусмотрительный. Строиться хотят дон Ланс с Диной. Строить особняк в приюте желает дон Петерс. Хотят себе комфортабельные квартиры офицеры ордена. Кусок земли для "новых русских" есть, это место под горой слева от тоннеля, справа от тоннеля будет казарменный комплекс сотни боевого обеспечения. Район будет закрыт от посторонних и защищен казармами. Пусть строят, я там и сам построюсь. Откуда деньги? Тот же Петерс на должности начальника штаба и в звании лейтенанта получает 100 талеров в месяц, ну, еще 25 за уровень знаний. Надо ему или орден дать или звание повысить, что б не воровал. С другой стороны, камень дешевый, строители бесплатные. Пусть строят.

Кружить по большому радиусу на нашей технике за товаром и обратно,- тупо и муторно. В обороте два багги с прицепами, два грузовичка без прицепов, три мобиля из домена Лары с прицепами, вместе много техники и довольно хилая грузоподъемность. Возим цемент, трубы, стекло, товары Алекса, ширпотреб, инструмент и всякую скобянку. До предполагаемого водопада, ближайшего от стройки еще километров 10, как раз водопровод и подоспеет. Канализацию люди роют ручками, но им необходимы плиты перекрытия. Плиты им делает "Роллер-5М" с тоннеля, он уже давно не крошит камень, а выпекает его плитами и кубиками кирпича. Он же варит нитку будущего водопровода. Расход энергии пошел вверх, но куда деваться. Ручной труд протянет время до бесконечности. В порт, в виде одного недостроенного причала, прибыл парусник Вана. Борта обшиты пластинами сплавов, от низа до верха теперь тусклый металлический блеск. Перебираю в голове череду картинок с разными видами движителей. Осознаю, что гребной винт, не самое хорошее дело в наших условия. Наличие гравигенератора предполагает как наиболее эффективный двигатель, - плоский водометный по типу створок устрицы. Но к нему теперь нужен искин и реактор, а новые агрегаты отдавать не хочется. Пусть парусник пока на парусе ходит. Экипаж отдохнул, абордажники пьянствуют, они теперь предельно уважаемые в городе люди. Пусть проветрятся до западных островов в металлической шкуре. Медленно и беспечно. Мешок со своими кристаллами надо поменять на гравитаты и левитаты. Золото и серебро в вымышленных монетах, тоже мешок. Шкатулки и сундуки с химикатами, хозяйственно-бытовые и кухонные товары, вот и вся загрузка. Обратно корабль должен опять прийти присевшим от груза. Рабов выкупать не будем, нужно дерево на мебель, окна и двери, у нас стройка. Не выкорчевывать же для этого продуктовые деревья. Еды можно привезти, вкусности всякие. Я не знаю, сам туда ехать не в состоянии, а список товаров, если товар не пощупаешь, ничего не скажешь. Толпы на объектах поубавилось, остались те, кто умеет. Отобрал в поместье Ларе механиков и строителей. Прокормим.

Как откажешь беременной женщине. Лара, пользуясь моим отсутствием и тем что я забрал из хозяйства все мобили, подбила Элзу на самовольные действия. Та переключила всех киберов базы на вывоз каменных блоков и текущее производство цемента. Она спешно строит храм и блокпост. Блокпост сильно похож на форт или маленькую крепость. Людей для форта даст Георг. Он тоже хочет такую крепость на дороге. С обзором океана и фильтрацией проезжающих. Беспилотник один на всех, будет облетать на пару сотен километров воды по окружности.

Стройка, под руководством Петерса, приобрела стройный вид, организована работа, боевая учеба, охрана и оборона. Тут я спокоен, собираюсь обратно.

Этот темный сезон начинает шестой год моей службы в Содружестве по календарю Мрака. Вот плохо, тяжело на планете с датами, Элзе стукнуло 11 лет, Ларе 30, а мы не праздновали.

Не до веселья жителям этой планеты. Выбираются из ямы, упорно, целеустремленно, иногда жестоко по отношению к соплеменникам. Но выбираются, не виня никого, хотя воззвать к совести некоторых на небесах надо было бы. Это они там считают людей на планетах кротами, ковыряющимися в грязи. Летать в железной коробке в пустоте космоса, с замкнутой циркуляцией еды и воды, вроде как возвышает. Вонючие комбинезоны, затхлый воздух корабля, томительные часы и сутки ожидания выхода из гипердрайва, мучительно скучные передвижения между пунктами назначения. Месяцы уходят на выдвижение к цели и обратно. Вот героизм, и имея все это, - порицать людей планеты? Маразм, сидя в ржавой лоханке зависеть от глотка воздуха и кружки воды, без семьи и детей, это важная цель в жизни? Нет, это просто значит то, что человек себя в жизни не нашел, вот и болтается в космосе как килька в консервной банке. Ну, ладно, о хорошем. У меня базы подняты до 68%, я скоро буду полноценный инженер даже по меркам Содружества. А вот то, что базы "Инжиниринг" с сопутствующими теоретическими выкладками на 2% подняты у Элзы, это меня удивило сильно. Базы заливались в мнемокодер для меня лично, и никто ограничения по копированию не ставил. Предполагалось вообще, что я тут на планете и умру с этими базами. Базы не контрафакт, базы военные и на учете у военных. Теперь они на планете тихонечко расползаются, мне то что, я подписку о нераспространении не давал.

Готовимся, девки в предвкушении, к празднованию очередного Нового года. Подарки я заготовил, но не показываю, мои заинтригованы и пытаются приложить все женские уловки для удовлетворения любопытства, а не получается. Отдам подарки перед отъездом.

Этот период шторма я буду без семьи. Лара остается достраивать объекты, ее не волнует темный период, своим напором заразила всех окружающих. Доделать осталось мало, ну и что, что темный сезон, люди воодушевлены своим собственным храмом богини, которая ведает судьбой и удачей. Таких людей ничто не остановит. Вот, в новом храме и будут праздновать новый праздник. И называется он также новым словом, - Новый год! И будет теперь он праздноваться исключительно под сенью Макоши. Ну и фиг на темноту сезона, главное весело.