Соболи. Стихи
вернуться

Кузнецова Светлана Александровна
Шрифт:

«Весною, спутаны в узлы…»

Весною, спутаны в узлы, Ручьев набухли вены. Мы были оба очень злы И очень откровенны. Нам с той завидной вышины Все дали были видно. Мы были оба так умны, Что до сих пор нам стыдно.

«Твой настойчивый, властный ветер…»

Твой настойчивый, властный ветер Даже здесь меня отыскал. Непременно, в ближайший вечер Я приеду к тебе, Байкал. Расспрошу о штормах, об омуле, Сяду рядом на берегу. Как там чёртушки в тихом омуте Мою песенку берегут? Мою песенку затонувшую, Ту, что спела я и не я, В синю глубь твою затянувшую, Одурачившую меня. Из лучей сплетенную лесенку, Беспечальное то житье… Ты верни, Байкал, мою песенку, Очень трудно мне без нее.

«И всё в порядке. Всё на месте…»

И всё в порядке. Всё на месте. Нам не бывать с тобою вместе. На сердце новая заплатка… Но мне не хочется порядка! Мне хочется, чтоб всё вверх дном. Мне хочется какой-то дом. Рискнуть? Рискну! И я рискую — Я на бумаге дом рисую. Он у Байкала. Он с трубой. Он до предела голубой. Полы в нем щелоком помыты, Мы в этом доме ждем гостей Со всех до ныне позабытых Иль неизвестных волостей. Вот гости к нам идут по тропке, Но краски кончились в коробке.

«Ах, какая у меня есть страна…»

Ах, какая у меня есть страна! Там все реки зелены до дна, Там все сосны до корней зелены, Там мне снятся лишь зеленые сны. Я три дня уже гощу в той стране, Уже три дня, как ты забыл обо мне. Я три дня уже хожу и пою Про зеленую округу мою. Про зеленое веселье мое, Про тяжелое похмелье мое.

«Нынче кедры неурожайны…»

Нынче кедры неурожайны. Очень мало ягод. И тебя почему-то жаль мне Первый раз за год.

«А ведь я тебя забываю, совсем забываю…»

А ведь я тебя забываю, совсем забываю. Забывая тебя, я душой убываю, душой убываю. Становлюсь я такою маленькой, что простая трава по пояс. Я билет покупаю. Сажусь в самый дальний поезд. Я орехи щелкою. Забавляю себя забавами. Слышишь, поезд гремит за твоими семью заставами. Ты с души моей семь печатей сними! Ты с души моей семь печалей сними! Ты семь дней и ночей надо мной ворожи! Семь заклятий на память мою наложи! Вечно помнить тебя прикажи, прикажи!

«Видно так начинается зрелость…»

Видно так начинается зрелость, И ложится на стол тяжело Эта будничная умелость, Это слова литого тепло. Под косынкою волосы прячу. Выхожу на широкий большак. Я ликую сегодня и плачу, Только ветер и песни в ушах. Только эта извечная смелость Снова всё начинать на пустом, Только ягоды влажная спелость Под склонившимся долу кустом. Я сегодня почти как держава, Я могуча, сурова, строга. Удержать — никого не держала, Отпустила тебя навсегда.

«Осень. Стынет речка оловянная…»

Осень. Стынет речка оловянная У того, последнего моста. Прихожу я нынче покаянная На свои родимые места. Никому в друзья не набиваюсь, Словно птица об одном крыле. Прихожу и силы набираюсь, Чтобы снова жить мне на земле.

«Со мной ничего не случится…»

Со мной ничего не случится, Только душа сгорит. По черному небу мчится Тунгусский метеорит. Глазами его ловлю. Мечется зарево. Кажется: разлюблю — Упаду замертво. Днями ли я, неделями Тебе дорога. Встает, растет за метелями, Шумит тайга. Поет, меня завораживает, Чтоб не смотрела, Слово мое замораживает, Чтоб не горела. Чтоб руки к тебе не тянула, Чтоб тропы уже, Она апрель повернула С тепла к стуже. Она не со зла такая,— Что толку в грусти… Всему тайга потакает, Уйти — не пустит.

«Говорили: много дали — много спросим…»

Говорили: много дали — много спросим, Вот придем и постучим в твое окно. А по небу растеклась густая просинь, А гостей не поджидала я давно. Я роняла, рассыпала слезы-бусы, Ничего не прибрала в своем дому, Не расчесывала волосы я русые, Всё писала письма другу одному. Шла за моросью, за ветром, за туманом, Расстилала ему под ноги зарю. Не стучитесь ко мне, гости, еще рано, Я вам завтра свои двери отворю.