— И тоже пустая и чистая.

— Может, он не успел приготовить завтрак.

— Не-а, от него явно пахнет кофе. Вряд ли он вошел сюда с убийцей и тут же получил удар тупым предметом. Уверена, орудием преступления стала вот эта чугунная сковорода. Если Сесил достал ее сам, то где еда, которую он собрался готовить? А если они затеяли ссору, то мог ли он думать о завтраке? И почему убийца не бросил орудие преступления или не унес с собой? Вместо этого он аккуратно вымыл и убрал его в шкафчик. Кстати, что ты делаешь первым делом, когда готовишь завтрак?

— Варю кофе, — ответила Пибоди.

— Все начинают с кофе, и Сесил не исключение. Однако кофе нет как нет, чашки и кружки чистые.

— Может, он или они уже поели и убрали со стола. — Пибоди наморщила лоб и попыталась представить всю картину, как это сделала Ева. — А потом начали ссориться.

— Если бы они все убрали, то сковорода уже не была бы на виду. Думаю, он разозлился, схватил первый попавшийся под руку предмет, и бум! Вряд ли убийца открыл шкафчик, придирчиво выбрал подходящее орудие и нанес удар.

Пибоди принялась изучать пятна крови на полу.

— Значит, получается, что супруг убил его, вымыл посуду и позвонил в полицию.

— Интересно, а как Хэвертоу добрался домой? Пора с ним поболтать.

Ева отправила полицейского, сидевшего с Хэвертоу, на поквартирный опрос. Хозяйская спальня блистала чистотой и была выдержана в том же стиле, что и кухня: кровать с серебряными столбиками застелена черно-белым покрывалом с рисунком под шкуру зебры, несколько подушек в тон аккуратно сложены, на мебели ни пылинки, в причудливо перекрученной вазе — красный колючий цветок. Казалось, под лепестками у него прячутся острые, как иглы, зубки.

Пол Хэвертоу забился в угол серебристого дивана с красными подушками, стоявшего перед широкими дверями на террасу. В руках он сжимал мокрый носовой платок.

«Лет на двадцать моложе покойного супруга», — решила Ева. Гладкое, смазливое и загорелое личико оттеняли роскошные волосы цвета карамели. Поверх явно выращенного в спортзале великолепного тела Пол надел белоснежную рубашку и хорошо выглаженные джинсы. Он поднял голову — его прекрасные синие глаза распухли от слез.

— Я лейтенант Даллас, это детектив Пибоди. Сожалею о вашей утрате, мистер Хэвертоу.

— Сесил мертв. — При всей искренности его слез в голосе прозвучали слащаво-капризные нотки.

— Я понимаю, вам сейчас нелегко, но позвольте задать несколько вопросов.

— Конечно, ведь Сесил мертв.

— Мистер Хэвертоу, в ваших же интересах разговор записывается. Сейчас я зачитаю вам ваши права, вы готовы?

— Это обязательно?

— В общем, да. Мы постараемся закончить побыстрее. — Она села напротив него и зачитала формулу Миранды. — Вы поняли ваши права и обязанности? Тогда начнем. Вы уезжали из города?

— Я был в Чикаго, по делам фирмы. Мы организуем праздники. Вернулся утром и…

— Итак, вы вернулись из Чикаго сегодня утром. Когда именно?

— Около одиннадцати. Освободился раньше — хотел устроить Сесилу сюрприз.

— Значит, вам пришлось обменять билет и связаться со службой такси.

— Да-да, так я и сделал. Обменял билет и вызвал такси. Хотел устроить Сесилу сюрприз. — Он всхлипнул и утер глаза мокрым платком.

— Понимаю, вы испытали ужасное потрясение. В какую службу вы обратились, мистер Хэвертоу? Это нужно для протокола.

— Мы всегда пользуемся услугами «Делюкс».

— Ясно. И что вы обнаружили, когда вернулись домой? — спросила Ева. Пибоди тем временем выскользнула за дверь.

— Я зашел, отнес сумку в спальню, но Сесила там не было.

— В это время он обычно дома?

— Он собирался работать дома весь день. После обеда у него назначена встреча… Надо предупредить клиента. — Пол оглядел комнату глазами, полными слез. — Мне надо…

— Не беспокойтесь, мы все уладим. Что было дальше?

— Я… я позвал его, ну да, я его позвал. Думал, может, Сесил в кабинете, рядом с кухней. Оттуда видно сад — он любит смотреть на наш садик, когда работает. И тут я увидел его на полу. Я его увидел, и он был мертв.

— Вы что-нибудь трогали в кухне?

— Я трогал Сесила… Взял его за руку…

— У него были враги? Кто желал ему зла?

— Никто. Никто. Сесила все любят. — Пол театральным жестом прижал мокрый платок к груди. — Я люблю Сесила.

— Как думаете, кому он мог открыть дверь в одном халате?

— Я… — Хэвертоу облизнул дрожащие губы. — Я думаю, у него был роман.

— С чего вы взяли?

— Он стал поздно возвращаться по вечерам, и… и всякое такое.

— Вы пытались с ним поговорить?