– А вот сейчас и выясним. – Театральная пауза. – Взгляните.

В окне дома на противоположном углу красовалась вывеска, написанная от руки и обвитая рождественской гирляндой:

Анжелине трудно было объяснить свои колебания человеку, который родом не из здешних мест. Чем дальше к югу от Саут-стрит, тем больше будет в окнах подобных объявлений; предсказатели судьбы работали здесь, не выходя из собственного дома. Большинство считали это безвредной забавой одиноких старушек, желающих немножко подзаработать. Но когда Анжелине было лет двадцать, женщина, к которой время от времени обращалась мама, – седая как лунь старушка по имени Лейла – предсказывала будущее Анжелине и, закончив, протянула ей листок, на котором были написаны всего два слова: «Мечты откладываются», а на следующий год Эммалин слегла, и Анжелине пришлось остаться дома, чтобы ухаживать за ней, потом за отцом, так все и вышло. Не то чтобы Анжелина верила в эти штуки всерьез, но и не относилась к ним легкомысленно. Однако Гаю все было в диковину, его это так интриговало и забавляло… в общем, они зашли.

Внутри жилище Мадам Сусатски ничем не отличалось от привычного устройства большинства домов в этом районе. Разве только в гостиной не так часто прибирались, да по дивану и креслам были разбросаны разноцветные ткани – некоторые расписаны, как батик, а иные блестели, как шелк. На столиках и над батареями располагалась внушительная коллекция благовоний, разных форм и размеров, и ароматы пачули, «Жасминового Дождя» и «Тыквенного Пирога» наполняли комнату, делая ее одновременно таинственной и простецкой. Карточный стол по центру комнаты при необходимости легко складывался. Но сейчас он был покрыт шалью с изображениями звезд и луны.

В комнату торопливо вошла хозяйка с двумя чашками чая. На одной красовался Гарфилд, на другой – персонажи из мультика «Байки с дальней стороны». Дама давно уже миновала средний возраст. На ней был цветастый халат поверх джинсов, на ногах – пушистые домашние шлепанцы. Свет забавно играл в кудрявых волосах цвета пробкового дерева. Из косметики заметны были только яркие зеленые тени для век, а массивные серьги, казалось, позаимствованы из люстры, висевшей в столовой. Следом приплелся жирный пес и лениво шлепнулся на тряпичный коврик.

– Ну вот, детки, – низким прокуренным голосом проговорила гадалка, – чашечка хорошего чаю помогает поднять настроение. Как вас зовут?

– Это Анжелина, а я Гай.

Дама заняла свое место за столом и повела руками, словно собирая некую психическую энергию.

– Меня можете называть Клэр. Клэр Войянт.

При виде их недоуменных лиц она расхохоталась:

– Шутка! Чтобы разрядить обстановку. В хорошем настроении легче концентрировать энергию. Я Сандра. А вы оба такие милые.

Анжелина принюхалась к содержимому чашки:

– Что это такое?

– Травяной чай, дорогая. Пустырник и ромашка. Помогает снять напряжение.

– От чего?

– Вы ведь недавно потеряли кого-то, правда? – спокойно заметила Сандра. – У вас замутнение вот здесь, на сердце. – И она легонько постучала себя по центру груди.

Анжелина почувствовала, как по рукам побежали ледяные мурашки. Именно в том местеона острее всего чувствовала свое горе.

– Итак, – продолжала Сандра, – предсказание стоит пять долларов или восемь за двоих, если вы пара.

Анжелина тут же пришла в себя и торопливо уточнила:

– Нет, мы не пара.

– Об этом буду судить я, дорогая. – Сандра смерила ее ледяным взглядом и резко бросила на стол перед Гаем колоду Таро: – Снимите карту.

Прошел час, чашки с чаем опустели, но Гай с Анжелиной продолжали нервно следить за руками хозяйки.

Сандра открыла Королеву Жезлов и взглянула на Анжелину:

– Ты что, повариха, дорогая? Или садовница?

Анжелина, все так же испуганно, кивнула.

Сандра вздохнула, покачав головой:

– Тебе хорошо бы подумать об отдыхе. Может, не стоит постоянно заниматься одним и тем же. Если все время работать и никогда не развлекаться, можно стать очень скучной девочкой!

И она захохотала. Ни Гай, ни Анжелина ее не поддержали.

Карты ложились на стол линиями, созвездиями, крест-накрест. Короли и дамы с жезлами, рыцари с золотыми кубками, смерть в черной мантии и тот бедняга, вечно висящий вниз головой, он появлялся вновь и вновь.

Сандра перевернула очередную карту, Шута, испытующе посмотрела на Гая:

– Ты на перепутье, а, красавчик?

Больше она ничего не добавила, так что Гай вынужден был ответить.

– Можно сказать и так, – робко пробормотал он.

– Пытаешься принять решение?

– Вроде того.

– Не надо. Ты не готов.

– Да, мэм.

Вскоре лист бумаги, лежавший перед Сандрой, покрылся странными каракулями, длинными запутанными нумерологическими вычислениями, карандашными стружками и даже сигаретным пеплом.