— У господина Коваленко, разумеется, комнат десять?

Начальник охраны сухо кивнул.

— Совершенно верно.

— Кто бы сомневался, — пробормотал Свиридов.

...Громадная квартира показалась тихой и пустынной. Чечеткин провел Свиридова в просторную гостиную и попросил подождать минут десять.

Ждать пришлось, скажем, не десять, а все двадцать минут. Потом дверь открылась, и в гостиную вошел среднего роста плотный мужчина с приятными, хоть и несколько резкими чертами лица и серьезными карими глазами. Он был в темных брюках и тонкой белой рубашке, под которой острый взгляд Свиридова разглядел бинты.

Да, Аня говорила, что ее муж пострадал от сегодняшнего ночного выстрела.

Мужчина, внимательно посмотрев на Свиридова, кивнул ему.

:

— Доброе утро, господин Коваленко, — ответил Володя.

Сергей Всеволодович сел в кресло напротив и чуть заметно поморщился — вероятно, соприкосновение со спинкой кресла причинило ему боль.

— Владимир Антонович, — заговорил он приятным, чуть хрипловатым высоким баритоном, — я приношу вам свои извинения за причиненное беспокойство. Но решение вызвать вас принимал не я. К сожалению, я мало вас знаю, но рекомендации, которые дала вам моя жена, без сомнения, заслуживают того, чтобы я узнал вас побольше.

— А где она сама? — негромко спросил Свиридов.

— Я отправил ее в свой загородный особняк, — пристально глядя в глаза, проговорил Коваленко, — в Москве ей оставаться опасно. Она же вкратце довела до вашего сведения, что случилось буквально несколько часов назад.., этой ночью?

— Да, разумеется, — сказал Свиридов, — взрыв в офисе и исчезновение начальника вашей службы безопасности Фокина...

— А также покушение на меня, — докончил список ночных несчастий Коваленко.

— Вы все-таки думаете, что это было покушение?

— А что же, по-вашему.., пожелание спокойной ночи, что ли? — В небольших, но чрезвычайно выразительных глазах Коваленко вспыхнуло сухое раздражение.

— Судя по тому, что мне рассказала Анна Михайловна, это могло быть хорошо спланированной и просчитанной мерой психологического прессинга. Обычным запугиванием, одним словом. Хотя для того, чтобы говорить более определенно, нужно взглянуть на место, где этот эксцесс имел место. Впрочем, я забегаю вперед.

Что вам хотелось бы от меня получить?

— Аня говорила, что в свое время вы работали с Фокиным в одном и том же отделе ГРУ. Еще тогда, в союзное время. Это действительно так?

— Да.

— Она говорила, что по своему уровню подготовки вы ничуть не уступаете Афанасию Сергеевичу. Если это в самом деле соответствует истине, позвольте вас поздравить.

— Благодарю, — сухо ответил Свиридов.

— Теперь о деле. Анна Михайловна заявила мне, что коль скоро сложилась такая двусмысленная и опасная ситуация, ей совершенно необходим личный телохранитель.

— А разве у нее нет охраны? — несколько иронично справился Владимир.

— Разумеется, есть. Но она сказала, что в этой роли ее устроите только вы.

— А вы не спросили, откуда она такого высокого мнения о моих профессиональных качествах? — серьезно спросил Володя, внимательно посмотрев на несколько озадаченное лицо Коваленко.

— Разве это имеет значение? — после некоторой паузы отозвался тот.

— Вы правы.

— Стоит обсудить некоторые детали контракта, но все это в случае, если вы изъявите согласие.

Владимир грустно усмехнулся.

— Вы такой занятой человек, Сергей Всеволодович, и все же находите время прислушиваться к капризам своей жены и даже выполнять их. Наверно, вы очень любите ее...

— Так вы согласны? — с выражением некоторого недоумения в смеси с досадой перебил его Коваленко.

— Ну раз я прилетел, то куда же мне деваться? — четко проговорил Свиридов. — Остается только прояснить круг моих обязанностей и сумму, которую я буду получать за обеспечение безопасности Анны Михайловны.

— А какая бы сумма вас устроила? — нетерпеливо спросил вице-президент «Сибирь-Трансойл».

— Я не смогу оценить себя меньше, чем десять тысяч в месяц. И две сразу, — с каменной физиономией человека, не собирающегося сбавлять продекларированную цену ни на грош, заявил Владимир.

— Вы говорите о десяти тысячах долларов? — уточнил Коваленко.

— Именно так.

— Вы полагаете, что стоите этих денег?

— Я стою куда больше, господин Коваленко.

Просто существует такое понятие, как минимальная заработная плата. И я определил размер ее в десять тысяч долларов. Повторяю, это по минимуму. Если мне придется закрывать вашу супругу от пуль или кардинальным образом сокращать бандитскую диаспору Москвы и Подмосковья, то я непременно потребую себе премию, — произнес Свиридов.