Кто-то, вероятно из нашей колонны, сквозь помехи начал вызывать по рации «Амур двадцать шесть». Насколько удалось разобрать, артиллеристов просили обработать «чеховский» блокпост. Буквально через полминуты, хотя на часы, естественно, не смотрел, над нами прошелестели «подарки». В районе блока сквозь рассеивающуюся дымовую завесу удалось разглядеть клубы мощных разрывов.

— «Амур двадцать шесть»! Дальше сто! — прокричал корректировщик…

Вновь шелест снарядов — и четыре черных столба взрывов закрыли от нас боевиков…

— Двадцать шестой! Вилка! Дели пополам!..

Очередной залп точно прилетел в цель! В воздух взлетели крупные куски конструкций. Досаждавший нам пулемет, наконец, заткнулся. И тут же колонна вновь пришла в движение, оставив экипаж и десант подорвавшегося бронетранспортера самостоятельно выбираться к своим. Для них этот бой, можно сказать, благополучно завершился. Водилу, конечно, контузило, но передвигается он, как я видел, без посторонней помощи.

Не повезло и двигавшейся следом за нами БМП, «разувшейся» при резком повороте. Гусеница слетела с катков, распластавшись на земле. «Бэху» резко развернуло, и она застыла, вывернув башню в сторону города. К ней тут же подлетела одна из БРЭМок. Мы же, не останавливаясь, пошли вдоль улицы Богдана Хмельницкого, приближаясь на большой скорости к застывшим справа от дороги девятиэтажным домам, зияющим круглыми дырами в торцевой части и черными оконными проемами.

Чем хороша наша машина, так это тем, что, следуя с постоянной скоростью, она не трясется, как тот же самый «Урал», а только слегка покачивается. Сергей почти прилип к башне, на ходу пытаясь разглядеть строение в оптический прицел. Как ни пытался Гном увидеть опасность, но все-таки пропустил… Дыра на восьмом этаже озарилась пламенем, и в направлении колонны полетел дымный жгут.

— Ближняя высотка, торец, восьмой этаж — гранатометчик! — прокричал я в рацию, не обращаясь ни к кому конкретно.

Выпустив из руки манипулятор, замолотил короткими очередями по замеченной цели, показывая ее остальным. Благо по привычке снарядил магазин через два патрона на третий трассерами. Последние пять тоже трассирующие, чтобы не высчитывать, сколько до конца осталось. Одна из «Шилок», не сбавляя хода, развернула башню в указанном мной направлении. Стволы всех ее четырех пушек расцвели огнями. От стены дома только ошметки полетели. Если «душара» не успел еще смыться, там и должен остаться.

Видать, сильно поторопился боевик, не подрассчитал! Выстрел только скользнул по броне танка и, отрикошетив от башни, унесся в сторону рембазы, никого больше не зацепив. И тут слева, из пятиэтажек к колонне, светясь огоньками маршевых двигателей, понеслись несколько кумулятивных гранат. Даже по теории вероятности хоть одна из них да должна была найти свою цель. Так и случилось…

Одна вонзилась в борт в районе десантного отсека идущей следом за нами «бэхи», вторая поразила башню «Шилки». Тем не менее, «ниточка» ход не сбавила, а наоборот, ускорилась, стремясь быстрее миновать опасную зону. Поврежденные машины из боя не вышли, продолжив движение. Нам повезло: предназначенный нам выстрел пролетел перед самой мордой машины и унесся прочь.

Разглядывать некогда! Тут свою бы сторону успеть проконтролировать! Перебросил переводчик огня на одиночную стрельбу. Неизвестно, сколько еще придется палить, а магазинов-то у меня всего пять, из них один трофейный, подобранный ночью в одной из воронок. Тот, что в автомате, уже полупустой. На ходу же снаряжать вряд ли получится.

Стреляя на ходу во все, что шевелится, или хотя бы теоретически может шевелиться, несемся вдоль по Богдашке. Вот уже высотки остались позади. С обеих сторон потянулся малоэтажный сектор. Периодически дорогу пересекают трассеры. Взрывы регулярно расцветают впереди и с боков. Сзади наверняка тоже взрывается, но разглядывать некогда. Тут бы не свалиться при очередном повороте! Успеваю только заметить, что на домах нет ни единого указателя. Специально «духи» что ли поснимали?.. А что? Вполне вероятно. Они-то сами город знают, как свои пять пальцев. Им таблички с названиями улиц без надобности.

Пролетев несколько перекрестков, с ходу пересекли Маяковского. Других широких улиц, насколько помню карту, поперек нашего движения нет. Из-за сложенного в стороне укрытия из бетонных блоков по броне сыпанули пули. Врезали со всех стволов, чтобы «чехи» особо не расслаблялись. Попали или нет — другой вопрос. Даже «бэха», развернув башню, лупанула из ПКТ и пушки. Мгновенно оглядел своих. От души сразу отлегло — вроде бы никого не зацепило. А вот после короткого взгляда назад стало как-то нехорошо. Колонна стала заметно короче. Причем, непонятно: то ли подбиты машины, то ли отстали и заблудились…

За перекрестком Богдана Хмельницкого плавно перетекла в широченную Первомайскую. Стрелять сзади перестали. Только перевел дух, как справа, с Наурской наперерез БМП выскочила «Нива»-трехдверка. Похоже, наша встреча стала неожиданностью и для ее пассажиров. Затормозить машина не успела, вылетев прямо под наши гусеницы. Удар практически не ощутили, только услышали. Белый, наглухо тонированный ВАЗовский внедорожник отбросило в сторону, развернуло вокруг вертикальной оси и опрокинуло набок. Стекла мелкими фрагментами повисли на тонировочной пленке.