Через год мануфактурщик умер, и семья Ленорман перебралась в Париж. Мария поначалу работала портнихой, а затем стала продавщицей. Однако верх взяли ее необычные способности. В столице она познакомилась с Эттейлой – оккультистом и каббалистом. Когда-то этот человек, страстно увлекшись тайнознанием, оставил парикмахерское дело и сменил фамилию Альетте на псевдоним, представляющий собой ту же фамилию, прочитанную каббалистически – справа налево. Он был младшим современником и учеником знаменитого Кур де Жеблена, языковеда и оккультиста, поставившего себе целью продемонстрировать всем мистическую ценность карт Таро и даже дать им философское толкование. Кур де Жеблен считал, что арканы возникли в Египте вскоре после Всемирного потопа. Цыган долгое время считали выходцами из Египта, поэтому версия о египетском происхождении Таро получила широкое распространение. Этой же версии придерживался и Эттейла. Он рассказывал своим ученикам, в числе которых была и Мария Ленорман, что Великие арканы Таро были составлены учеными магами Древнего Египта для того, чтобы сохранить древние тайные знания. Те же карты могли служить и целям прорицания.

Однако в те времена древняя система прорицания давно превратилась в салонную игру. Древние символы теперь приняли вид королей, дам, рыцарей, валетов, цифровых карт четырех мастей. Искусство «картомантии» – исследование судьбы с помощью заранее установленных значений карт и их сочетаний – было утеряно. И лишь Мария Ленорман попыталась вернуть им утерянное изначальное предназначение. Однако начинающая гадалка полагала, что детство в Алансоне и отец-мануфактурщик мало соответствуют романтичному образу великой ясновидящей. Поэтому она распустила слух, что на самом деле ее отец – монах-миссионер, а мать – маркитантка, отправившаяся в некую французскую колонию в обозе солдат-наемников. Понятно, что монаха-греховодника, выдуманного Ленорман, ждал бы церковный суд, если бы… чернокожие дикари не съели его. После этого девочку, брошенную матерью, каким-то образом переправили во Францию – к дальнему родственнику отца, который согласился взять ее на воспитание.

В романтическую псевдобиографию Ленорман добавила еще одну «изюминку». Быть ученицей парикмахера Эттейлы было недостаточно интересно. И вот в рассказах о ней появляется фигура некоего колдуна-мельника, демонического мужчины, обладателя тайного знания, которое он передавал своим женщинам-ученицам. Дальше реальная и выдуманная биографии мадемуазель Ленорман причудливо переплетаются: Эттейла исчез из жизни ясновидящей, но появился некий старик Готлиб, а затем магнетизер Франц. Дом этого Готлиба якобы вплотную примыкал к злачному ночному заведению под названием «Дикий кабанчик» и отличался замечательной особенностью – он был без дверей. С трех сторон высились неприступные стены с маленькими окошками. А с четвертой стороны находился трактир. Поэтому, чтобы попасть к старику, надо было быть либо другом хозяина заведения, либо ясновидящим.

Мария «вспоминала», как она шла в тот день по улице и вдруг увидела дом, который ей постоянно снился. Сама не понимая, какой опасности она подвергается, Ленорман вошла в трактир… и попала к Готлибу, у которого затем осваивала систему карточного гадания. Однажды старик сказал ей, что собирается на прогулку вместе с маршалом Миро. Ясновидящая молча выслушала и вдруг произнесла:

– Вам не надо ездить с ним.

– Почему?

– Ему выпала десятка бубен. Это значит, что Миро грозит страшная опасность. В него будут стрелять. Тот, кто будет с ним, должен будет погибнуть.

– Ты уверена? – спросил Готлиб.

– Абсолютно. Я это вижу.

– Хорошо. Я пошлю маршалу предупреждение. – Готлиб сел писать, но скомкал написанное со словами: «Получается какая-то чушь. Маршал мне не поверит. Я скажусь больным».

Готлиб остался дома, а маршал отправился на прогулку с адвокатом Блейнорманом. В Булонском лесу на него напали грабители и ранили в плечо, а его спутника убили.

В 1790 году Ленорман с подругой открыла собственный салон на Рю де Турнон, в котором с помощью карт, астрологии, нумерологии и других методов предсказывала судьбу желающим. Она также досконально изучила свойства различных трав, прекрасно составляла парфюмерные композиции (это ее увлечение нашло отражение в Астромифологической колоде) и даже, говорят, владела искусством замедления и ускорения хода времени. Юная гадалка постепенно становилась все более известной, к ней уже приезжали из окрестных городов и поместий. В самом скором времени она стала консультантом самых богатых и влиятельных людей столицы. Салон мадемуазель Ленорман приобрел огромную популярность. В нем перебывал весь свет тогдашнего революционного Парижа.

В 1793 году салон посетили «вожди» – Марат, Сен-Жюст и Робеспьер. Но ничего утешительного мадемуазель Ленорман предсказать им не смогла, и ей не поверили. «Когда я посмотрела на их ладони, – рассказывала впоследствии гадалка, – мои глаза как бы заволокло, и сквозь пелену я увидела их тонущими в потоках крови. Не пройдет и года, – сказала я, – как вы все погибнете насильственной смертью. Вы, – повернулась я к Марату, – будете первым». Марат отнесся к ее словам равнодушно. Тогда Мария почти вплотную приблизилась к нему и прошептала: «Посмотрите мне в глаза». Марат подчинился и через мгновение в ужасе отпрянул. На расспросы спутников он ответил: «Я буду первым из вас, я видел море крови в глазах этого чудовища». – «Никого из вас не украсит отсечение головы!» – услышали они вслед.

– Ну и что?! – небрежно говорил в дверях Сен-Жюст. – Мне она тоже предсказала насильственную смерть. И Робеспьеру, не так ли, друг?! И ты ей поверил? Старой деве, у которой от жажды плоти помутился разум! Да подпиши декрет Конвенту, и ее завтра же сотрут с лица земли, а все ее фальшивые пророчества забудут послезавтра, в крайнем случае – через неделю!!

– Разве она стара? Ей всего двадцать первый год! – сухо возразил Марат. Это были последние слова, которые она услышала. Хлопнула дверь. Все стихло.

Ровно через два месяца ее предсказание сбылось. Марат был смертельно ранен Шарлоттою Кордэ. Это случилось 12 июля 1793 года. После смерти Марата Робеспьер снова посетил предсказательницу. И снова услышал тот же самый прогноз. В «награду» Ленорман была арестована и заключена в тюрьму по обвинению в «контрреволюционной деятельности». Но ее предсказания всегда сбывались с необыкновенной точностью… Два друга Марата нашли вскоре свою смерть на гильотине: Сен-Жюста и Робеспьера термидорианцы казнили всего год спустя – в 1794 году. После этого Ленорман арестовали по подозрению в… сочувствии якобинцам. В тюрьме она встретила свою знакомую, бывшую директрису придворного театра. Когда ту должны были перевести в другую тюрьму, что в общем-то не влекло особой угрозы, Ленорман спешно передала ей записку: «Притворитесь больной: перемена тюрьмы грозит вам гильотиной. Если сможете это устроить, то доживете до преклонных лет». Директриса последовала совету, тем самым избежав казни – действительно, почти всех заключенных, переведенных в другую тюрьму, отправили на гильотину. Через некоторое время хлопоты и связи сделали свое дело, Ленорман освободили и разрешили продолжать практику.