В доме и уединении пребывающий свободен бывает от случаев тех, которые в собраниях и беседах находящихся ко греху приводят. Дом и стены соблазна подать не могут, ухо не слышит и око не видит зла, и так человек от иных не принимает и сам никому не подает соблазна, но всему тому противное может быть. Там может быть рассмотрение совести, которая, как книга записная, представит тебе прошедшего жития твоего грехи, представит суд Божий за грехи и геенну, грешникам уготованную, от чего последует истинное покаяние и сердечное сокрушение. Там бывает праведное и верное о мирских и тленных вещах, богатстве, чести, славе и сласти рассуждение, которое покажет тебе всю ту утеху, как сонное видение, ненадолго являющееся и исчезающее, и представит смерть приближающуюся, и неизвестно ко всякому приходящую, которая всему конец полагает.

Уединение празднословия не знает, за которое следует дать ответ в день суда (Мф. 12: 36), но есть матерь молчания, которое есть корень безгрешности и добрых дел. В уединении открывается книга, в которой увидит верная душа Создателя своего и познает всемогущество Того, Который все из ничего создал и все создание силой Своей содержит и сохраняет; благость Его и премудрость, в создании и правлении показанную. Увидит отеческую Его любовь к роду человеческому, которую в восстановлении падшего и обновлении обветшавшего его через Единородного Сына Своего показал.

В тишине услышишь, возлюбленный христианин, глас Божий, внутри тебя говорящий: «Я Господь Бог твой, Который тебя создал, и образом Своим почтил, и о тебе печется, Которого тебе, как Создателя и Бога своего, должно усердно почитать, любить, слушать, призывать…»

В безмолвии можешь увидеть Сына Божия, явившегося на землю во плоти и от места на место переходящего, проповедующего слово Божие, открывающего тайну Евангелия Своего, показывающего путь истины, призывающего грешников на покаяние, проповедующего Царствие Небесное, знамения и чудеса творящего, — как Агнца кроткого, терпящего хулы, поношения и бесчестия, страждущего и умирающего ради спасения нашего, восстающего от мертвых и мир благовествующего, со славою восходящего на небо, сидящего одесную Отца и паки грядущего судить живым и мертвым.

Как в чистой и тихой воде удобнее солнце видится, нежели в возмущенной и волнующейся, так вечное и духовное Солнце — Бог — удобнее в тишине и покое верою и умным оком познается, нежели в беспокойстве и людской молве. От этого источника, как струи живые, проистекают христианские добродетели с помощью Святого Духа. Это духовное сокровище пресекается молвою житейских бесед и, если не будет в клети сердца хранимо, похищается.

Скажет кто: «Неужели всем христианам идти в пустыню и от людей удаляться?» Нет, о том здесь речи нет. Да будет тебе пустыней дом твой, какой Бог тебе дал ради упокоения твоего.

Если с людьми хочешь быть, то таких ищи, которых слова, и дела, и поступки показывают христианские сердца; и не только от них не удаляйся, но часто обходись с ними. Так не только в доме твоем, но и в беседе их день ото дня приобретать будешь духовную пользу. А какою пищею в беседе благочестивых насытишься, ту в доме в сок и кровь обращать размышлением старайся, и так все тебе во благое будет поспешествовать: уединение и собрание, безмолвие и беседа будут тебя созидать.

Дивное создание Божие — человек! Создан не так, как прочие вещи. О всех вещах написано: сказал Бог, — и было; повелел, и — создалось (Пс. 32:9). О человеке не так, но что? Сотворим человека (Быт. 1: 26). Так триипостасный Бог советовал; как бы некое великое дело намереваясь сотворить, Бог говорил: Сотворим человека. Какого человека? По образу Нашему и по подобию сотворим (Быт. 1: 26). Великой и высокой честью почтен был человек Создателем своим при создании, так что выше и быть не может.

Человек по образу Божию и по подобию Богом сотворен. Какая тварь такой чести от Бога сподобилась? Не видим того. Человек того сподобился, и образом Божиим от Бога почтен. О любезнейшее и прекраснейшее Божие создание — человек! Образ Божий, как царскую печать, в себе имеет. Славен царь, славен и портрет его. Всякой чести достоин Бог, Царь Небесный, достоин чести и образ Его, человек. Такую благость, о христиане, излил на нас Бог в создании нашем.

Весь свет на службу человеку определил Бог. Небо, солнце, луна, звезды, воздух и земля с украшением своим одному человеку служат. Бог ради Себя не нуждается в них. Ибо что ни создал — для человека создал.

Обрати, человек, ум и очи твои ко всему созданию Его и рассуди: кому оно служит? Не нам ли? Кому солнце, луна и звезды? Не нам ли? Кому воздух и облака? Не нам ли? Кому земля с плодами? Не нам ли? Кому скот, звери и птицы? Не нам ли? Кому вода с рыбами и прочими живущими в ней? Не нам ли, о христиане? Нам вся тварь повелением Божиим служит, так как без нее и малейшего времени жить не можем. Кто без хлеба и воды, кто без одежды прожить может? Воздух так нужен нам, что и минуты без него прожить не можем. Какой бы наша жизнь была, если бы Бог отнял свет от нас? Не блуждали ли бы все, как слепые? Кто бы мог от невидимого врага, диавола, остаться невредимым, когда бы Бог всемогущей рукой Своей не хранил нас от врага, который сильнейшей злобой ярится на род наш…