Она отлично знала: если Аврора задумается — это надолго. Впадет в ступор и застынет как соляной столб. Не-эт… их еще в салоне красоты ждут!!!

В «Златовласке» было тихо и уютно. Тяжелые шторы, покрытие стен под старину, картины — настоящие, не голорамки…

Администратор приветливо смотрела на двух девочек.

— Что вам угодно, тэри?

Марта прошла к столику и положила две красивые карточки с несколькими степенями защиты.

— Мне родители подарили.

— Да. Это абонемент на день красоты. Полный спектр услуг. Вы желаете…

— Я и моя подруга. У нас сегодня выпускной бал. И мы хотим быть красавицами!

— Это будет несложно сделать… — Администратор внимательно смотрела на девочек.

М-да. Встречаются же цветы на их планете.

Первая — ничего особенного. Крепенькая невысокая шатенка в ярком платьице. Карие глаза, веселая улыбка, явно болтушка и хохотушка. Симпатичная, но ее можно сделать красавицей. Таких на улице хватает.

А вот вторая…

Высокая тонкая фигура еще не оформилась. Но даже сейчас видна порода. Узкая кость, маленькие руки и длинные ноги. Брюки и рубашка навыпуск хорошо скрывают фигуру, но наметанный глаз администраторши легко определил, что девочка соответствует самым жестким стандартам красоты. Белые волосы растрепались, и длиннющая (чуть ли не до колен, с ума сойти — натуральные волосы такой длины!!!) коса напоминает метелку. Черные глаза — натуральные! С пушистыми черными ресницами и тонкими черными бровями на матово-белом лице. Рождается же такое чудо!

— Как вас зовут, тэри?

— Марта Шаверс и Аврора Вайндграсс.

Администратор взяла колокольчик и встряхнула, одновременно нажимая ногой педали под столом.

Вскоре появились две женщины.

— Тэри Марта, ваш куратор на сегодня — тэра Лирана. Тэри Аврора… тэри, вы меня слушаете?

— Слушает! — Марта крепко пнула подругу в бок. — Рошка, очнись!

Девочка встряхнулась:

— А? Извини, задумалась. Я что-то пропустила?

— Посмотри на тэру…

— Тэра Тамара будет вашим куратором на сегодня. Пожалуйста, слушайте ее.

Аврора кивнула:

— Хорошо. Только если я задумаюсь, вы меня встряхивайте, ладно?

— И о чем может серьезно думать такая очаровательная девушка? — заворковала Тамара, подхватывая Аврору под локоток.

Девочка тут же высвободилась неуловимым движением — и администратор только завистливо вздохнула про себя. Как двигается! Какая грация!

— Извините. Я не люблю прикосновений посторонних людей.

— Рошка! Имей совесть!

— Я постараюсь потерпеть… извините.

После того как девочек увели, администратор несколько минут сидела в задумчивости. А потом достала коммуникатор и вышла на улицу.

За такую красотку Длинному Джонни заплатят не один десяток тысяч хомов. А ей наверняка перепадут проценты.

Аврора была довольна днем. Ее мазали, стригли, массировали, купали, что-то втирали… но неприятно ей не было. Она не любила чужих рук и резких запахов, но сейчас с ней обращались обезличенно. И это успокаивало. Просто работа такая — втирать масло в чужую кожу. Да и масло было без запаха, как и вся прочая косметика. Из равновесия ее слегка вывел парикмахер, принявшийся что-то трещать о «жемчужно-молочном цвете» и «невероятной шелковистости», но ненадолго. Видя, что клиентка начинает нервничать, он успокоился — и принялся делать свою работу молча. Аврора тоже успокоилась и расслабилась.

И принялась решать в уме интегралы, заданные на ближайшую стандарт-неделю. Ее бы воля — она вообще пошла бы на выпускной в брюках и рубашке. Но если уж так принято… Девочка не только не знала, что такое тщеславие, она и интеллектуально во многом оставалась ребенком. Противоположный пол и возможность быть привлекательной для мужчин ее не интересовали. Вообще.

Калерия приехала уже ближе к вечеру. Привезла платье для выпускного. И только ахнула, увидев дочь:

— Великие звезды!

Мастера взяли у нее платье и утащили в глубину салона. Мол — покажем все и сразу. И через десять минут вывели двух девочек.

Марта была прелестна.

Мастера качественно поработали над ней. И она производила впечатление очаровательной юной женщины. Красное платье подчеркивало смуглость ее кожи, каштановые волосы были уложены в сложную прическу, искусно подкрашенные глаза казались большими и выразительными… она могла бы затмить любую.

Почти любую.

Но рядом стояла Аврора.