— Есть! — ответил шкипер и бросился вниз к команде. Оружие было роздано, палуба очищена и стрелки стали по местам, готовые к бою. Это было сделано вовремя, так как вражеское судно уже догоняло нас, хотя все паруса на «Серебряном Лебеде» были подняты и мачты скрипели под их тяжестью.

Пока я разглядывал «Черную Смерть» с любопытством, смешанным со страхом, блеснуло пламя, раздался грохот выстрела, и водяной фонтан поднялся в двухстах ярдах от нас. За ним последовал другой, еще ближе, чем первый. Становилось ясно, что удрать нам не удастся. «Черная Смерть» была быстроходней. Но ветер внезапно упал, и паруса бессильно повисли на мачтах.

— Маленькая отсрочка, — сказал мой отец. — Спустить лодки, мистер Бумтри! Постараться на буксире вывести «Серебряного Лебедя» из-под обстрела!

Лодки были быстро спущены. Люди ретиво налегли на весла, и «Серебряный Лебедь» был медленно отведен от пиратского судна. Еще один снаряд шлепнулся в воду, показывая, что мы в относительной безопасности, пока длится штиль.

— Они спускают лодки, сэр, и поднимают черный флаг! — доложил Джозиа Бун, второй шкипер.

Мы решили, что они следуют нашему примеру и хотят буксировать свое судно, чтобы обстрелять нас. Но, повидимому, у них были другие намерения. Четыре лодки направились к нам.

— Это «Черная Смерть», — сказал мой отец, — теперь уж это ясно.

— Вернуть лодки? — спросил мистер Бумтри.

— Нет. Еще есть время. Доложи, когда лодки пиратов приблизятся к нам на расстояние выстрела, Эб!

— Есть, — ответил стрелок.

«Если пираты такие же стрелки, как гребцы, — подумал я, глядя, как равномерно ударяли их веста, и с какой быстротой они приближались к нам, то нам предстоит отчаянная схватка». Наши стрелки навели орудия и сосредоточили все внимание на приближающихся лодках. Внезапно Эб Митчелль крикнул своим хриплым голосом:

— Вражеские лодки на выстрел от нас, сэр!

— Не стрелять! — приказал мой отец. — Мистер Бумтри, верните лодки!

Теперь пиратские лодки были так близко, что можно было различить сидевших в них. Загорелые люди, со свирепыми лицами, сильными взмахами весел приближались к нам. По воде звонко раздавалось их пение. Оттого ли, что они считали нас беззащитными, или из дерзкой беспечности, но все лодки их шли рядом, представляя удобную цель для наших стрелков. Улыбка показалась на тонких губах Эба Митчелля.

— Теперь эти дьяволы в наших руках, — сказал он.

— Стрелки готовы? — спросил мой отец.

— Есть. Есть, сэр! — раздалось со всех сторон.

— Огонь! — крикнул отец.

Раздался громовый выстрел, и наши глаза обратились к пиратским лодкам. Промах! Снаряд упал слишком близко. Некоторые гребцы перестали грести, другие продолжали, и это вызвало какую-то задержку в движении пиратов. Загремело второе орудие. Искусный стрелок Эб Митчелль предвидел эту мгновенную остановку, и теперь крик торжества раздался на нашей палубе: одна пиратская лодка была разбита вдребезги, в воде замелькали обломки и показались головы плывущих.

Мы не успели дать третьего выстрела, как лодки стали отходить друг от друга, и пираты, не подбирая тонущих товарищей, с удвоенной энергией надвигались на нас. Еще выстрел. Снова промах. Не так-то легко попасть в движущуюся цель! Отец и мистер Бумтри приказали готовиться к абордажу.

Я впился глазами в человека, сидевшего лицом к нам на первой лодке. Это был широкоплечий человек, с гривой рыжих волос, с жестоким выражением безобразного лица. Должно быть, он был старшим в лодке, и до меня донесся его хриплый крик.

— Приналягте, боевые петухи! Пятьдесят ярдов — и у нас в руках их жизнь и золото! А со стрелком, разбившим нашу лодку, я уж расправлюсь сам! Я вырву ему глаза, чортову сыну!

Под эти дикие возгласы лодки продолжали приближаться с ужасающей быстротой. Наши лучшие стрелки оказались не на высоте и давали промах за промахом. Наконец, были сбиты два пирата, но и это не задержало приближения лодок: товарищи выбросили их тела в море, на съедение акулам, и продолжали упорно грести.

В это время отец заметил меня.

— Ступай вниз, Джордж, — крикнул он мне. — Не место здесь мальчику!

— Позволь мне остаться, отец! Сейчас нужен каждый человек.

— Верно, мальчик! Тогда не отставай от Самбо. Да возьми вот это, — и он передал мне пару отделанных серебром пистолетов.

Самбо, черный кок, собирался взойти наверх и принять участие в битве. Он сбросил рубашку и стоял обнаженный до пояса, размахивая тяжелой саблей. Мы вместе взбежали на палубу в ту минуту, как пиратская лодка подошла к корме.