Тут, если я подходил к нему без рыбы в руке, он всегда слегка склонял голову в сторону и расставлял крылья, как-будто спрашивая меня всей своей фигурой:

— Что это значит?

Я научил работать и милую калеку, жену Пеликашки. Она грациозно танцевала вальс, покачиваясь на своих лапах с перепонкой.

Бедные пеликашки трагически погибли в Симферополе. Их прострелили случайные пули на улице во время революции.

В моем саду в последних числах апреля вороны устроили себе гнезда на верхушках высоких деревьев. Их громкое карканье часто заставляло меня по утрам прямо с постели подбегать с биноклем к окну. Случалось, что я целыми часами просиживал у окна, наблюдая за каким-нибудь гнездом, видным лучше других сквозь кружевные ветки покрытых почками деревьев. И жизнь этой смышленой птицы глубоко меня заинтересовала.

Что вороны умны — это неоспоримо; я удивляюсь людям, которые этого не понимают и ставят пугала-палки с тряпками или с картузом и развевающейся по ветру старой кофтой. Ведь ворона великолепно знает, что нечего бояться безвредных чучел, и учит этому своих молодых воронят.

В жизни мы видим на каждом шагу, что птица не боится даже движущихся живых существ, если они не приносят им вреда. Разве воробушки под ногами коров и лошадей не клюют беззаботно зерна, а вороны не чистят свой хвост на дуге над лошадью после сытного обеда? И только появление человека, большею частью шалунов-детей, заставляет их искать спасения.

Может-быть, читателям покажется странным, как это ворона учит своих детей или старые воробьи — молодых. Понаблюдайте хоть немного, но терпеливо, за птицами, сидящими на крышах домов.

Я не раз из своего окна бросал на низкую крышу крошки хлеба, оставшиеся после обеда, и наблюдал, как воробьи клевали их. Между ними я старался отличить старых от молодых, что было нетрудно: если проходил мимо человек, то первыми слетали с крыши старые, а молодые уже вслед за ними, по их примеру.

Я видел в зоологическом саду ворону на спине у дикого, сильного тура. Тур стоял, гордо подняв голову с закинутыми назад рогами, и, видимо, наслаждался тем, что ворона храбро сидит у него на спине и ищет паразитов.

Я много читал небылиц про ворон. Существует немало рассказов о том, как устраивается вороний суд над провинившейся товаркой, как вороны собираются где-нибудь на поляне, строясь в правильный кружок, головами друг к другу, а в середине помещается обвиняемый. По общему приговору вся стая разом нападает на виновную птицу и тут же убивает ее.

Мне захотелось самому проверить эти рассказы и изучить жизнь этих интересных птиц, но мне не удалось это полностью, хотя я терпеливо и долго наблюдал за поведением ворон на воле.

Качающиеся от ветра верхушки деревьев часто скрывали своими листьями гнезда и влетающих туда ворон.

Мне все-таки удалось подметить, как ворона кормит своего птенца. Мать летит в гнездо, а вороненок уже широко открывает клюв и кричит во все свое воронье горло: «ка!» Он получает из клюва матери прямо в горло принесенную пищу. Голос вороненка, не успевшего проглотить принесенное, изменяется в глухое, сдавленное «ка», и мать моментально пропихивает своим клювом пищу в самое горлышко маленькому обжоре.

Между прочим, мне удалось заметить, что ворона, садясь близ гнезда на сук, долго долбила его своим длинным крепким клювом, как стамеской, по одному месту.

Никогда не видел я, чтобы вороны, как голуби, объяснялись друг другу в любви.

Замечал я, как вороны сзывают друг друга, улетая и прилетая обратно, как бы приводя за собой других товарищей.

Я выпустил в сад свою мартышку Гашку. Первым долгом, почуяв себя на свободе и далеко от меня, обезьянка бросилась в кусты, к молодым деревцам китайских яблонь. Я, понятно, позвал ее обратно, боясь, что она поломает деревца.

Гашка, очевидно, понимала, что лазить на яблоньки ей запрещено, но она не желала итти домой и быстро влезла на соседнее дерево. Прыгая с сучка на сучок, она добралась до самой верхушки.

Ловко снимала Гашка с листьев дерева пауков, которых очень любила. Тут я увидел быстро пролетевшую ворону; она круто повернула и скрылась с моих глаз.

Через каких-нибудь десять минут птица уже вернулась назад с подругами, которые в свою очередь разлетелись в разные стороны, но скоро вороны появились еще в большем количестве.