— Постой-постой! — бесцеремонно перебила меня Маринка. — Ты что — нашла телевизор этого агронома? Когда ты успела? Вроде ты объявила утром, что это дело нас больше не интересует?..

Здесь следует заметить, что с Маринкой нас связывают не только служебные, но и чисто дружеские отношения, чем она порой беззастенчиво пользуется, позволяя себе всякие вольности. Делает она это без всякой задней мысли и, надо отдать должное, только среди своих, поэтому я не обижаюсь. Вот и теперь я лишь спокойно заметила:

— Во-первых, временно не интересует! Но теперь эта установка автоматически теряет силу. Глупо было бы не воспользоваться предоставленным шансом. Во-вторых, строго говоря, нашла я не сам телевизор, а коробку от него и, само собой, чек, который вы все видели. Но я не знаю, где находится телевизор. Именно этот вопрос требует общего обсуждения. Если не возражаете, приступим к нему немедленно, как только я изложу факты…

Что ж, начали слушать мой рассказ с воодушевлением, но, по мере изложения хода беседы с Эдитой Станиславовной, лица коллег все больше вытягивались — наверное, я все-таки обманула их ожидания. Особенно это касалось, конечно, Ромки — ему хотелось, чтобы на горизонте скорее замаячила зловещая фигура преступника. Он и заговорил первым.

— Это что же выходит? — с сомнением спросил он. — Телевизор украли и тут же, отойдя на пять шагов, продали? Странно как-то…

— Заметь, мы еще не знаем, когда владелец «Страза» купил телевизор, — сказала я. — Даже если это тот самый «Сони». Не исключено, что у похитителей где-то поблизости находится штаб-квартира. Ведь они должны быстро заметать следы, не так ли?

— Но ведь этого «Страза» хотели ограбить! — напомнила Маринка. — Что, если это тот же самый, кто продал ему телевизор? Поглядел, как этот буржуй хорошо живет, и вернулся туда с пистолетом…

— Про пистолет пока речи не было, — неуверенно заметила я.

— Не с голыми же руками он полез, — резонно возразила Маринка.

— Могла быть имитация, — предположил Ромка.

Я подняла руку.

— Сейчас речь не об ограблении! Вернемся к телевизору. Мы наконец-то чуть приблизились к этому вопросу, появился хоть какой-то след! Вдруг Адам Станиславович может сообщить нам что-то о человеке, у которого он купил телевизор?

— Позвольте усомниться, Ольга Юрьевна, — с сожалением сказал Кряжимский. — Судя по тому, что вы рассказали, хозяин магазина крепкий орешек. Вряд ли он будет откровенничать с посторонним человеком. Боюсь, вы не узнаете от него ни о телевизоре, ни о грабителе. Разумнее будет обратиться с этими фактами к следователю.

— Намекнуть! — непонятно сказал Виктор.

Но я сразу сообразила, что он имеет в виду — к следователю пока не обращаться, но перед хозяином «Страза» нарисовать такую перспективу. Этот вариант мне понравился — я и сама не очень-то рассчитывала на словоохотливость ювелира, но полагала, что лишние контакты с правоохранительными органами его вряд ли обрадуют. Может быть, он предпочтет иметь дело с нами. Что нас вполне устроило бы. Если информация окажется ценной, мы сможем выйти на след похитителей и без помощи милиции. Как говорится, очередная зарубка на прикладе.

— Виктор имеет в виду небольшой обходной маневр, — пояснила я. — Завтра я встречусь с Адамом Станиславовичем и предложу ему сделку. Или он сообщает нам все, что он знает о человеке, у которого купил телевизор, или, в противном случае, ему придется объясняться со следователем. Думаю, он выберет первое. Но у меня возникла шальная мысль — вдруг этот самый ювелир как-то связан с этим делом? Ромка в этом смысле прав — немного странно все это выглядит — крадут и продают в одном и том же квартале. Кто знает, вдруг магазин как раз и является штаб-квартирой похитителей?

— Боюсь, вы ошибаетесь, Ольга Юрьевна, — сказал Кряжимский. — Зачем бы тогда этому Адаму оставлять себе столь приметный экземпляр? Это слишком неосторожно.

— Именно потому и оставил, — возразила я. — Что экземпляр стоящий. А что касается осторожности — где вы сейчас видели осторожных преступников? Сейчас берут количеством, а не качеством. Как бы то ни было, а проверить эту версию стоит. Мне хотелось бы, чтобы завтра Ромка подстраховал меня.

— Да я с удовольствием! — воскликнул наш великий сыщик. — А что надо делать?

— Ничего особенного, — ответила я. — Просто пофланируешь возле магазина, пока я буду вести переговоры. А когда я уйду, понаблюдаешь, что будет делать хозяин. Вдруг он срочно захочет с кем-то встретиться?

— Это я запросто, — сказал Ромка.

— Ну а если завтра мы упремся в глухую стену непонимания, — продолжила я, — то остается одно — навестить грустного следователя. Может быть, эта история оживит его.

— Кстати, я в этом «Стразе» была тысячу раз! — неожиданно сообщила Маринка. — Там есть симпатичные побрякушки. И еще продавщица там такая миленькая пышечка — наверное, ее ты и видела. Она не первой молодости, но некоторым мужикам такие нравятся. Говоришь, муж у нее работает на телевидении?