Считать ли обнаруженные теперь феномены, которые мы здесь можем объединить под названием аку-аку, древними или современными? Пусть даже они возникли после 1934 года, то есть после работ Франко-Бельгийской экспедиции, разве это лишит их всякого интереса? Разве мало в Африке или Америке примеров, уживающихся с христианством, бурного возрождения язычества, когда древние общества, рухнувшие под напором нашей цивилизации, стремятся вернуть себе хотя бы частицу своего человеческого достоинства?

Нас не должны смущать различия между мелкой каменной скульптурой и прежде известными пасхальскими статуями и деревянными фигурками. Тем более что есть и немало сходного: у каменных бородачей то же лицо, что у вырезанного из дерева изможденного человека, только грубее выполнено, потому что материал другой; птицечеловек известен и по деревянным изделиям и по петроглифам, особенно в Оронго; черепахи повторяют реалистические черты рыбацких талисманов, высеченных на лавовых плитах. Наряду с этим мы видим единственные в своем роде вещи — кошку с человеческой личиной, старуху с рыбиной на спине, кита, на спине которого стоит древний дом, напоминающий опрокинутую лодку; тогда как многочисленные каменные черепа — имитации настоящих черепов из захоронений, разбросанных по всему острову.

Попробуем теперь составить перечень известных ранее форм пасхальского искусства.

1. Большие и малые статуи с округлой головой и реалистическими чертами (древнейший местный тип статуй).

2. Высеченные в карьерах Рано Рараку истуканы-памятники для аху, стилизованные, с весьма обобщенными чертами.

3. Деревянные фигурки с показом деталей, гладко отшлифованные, когда натуралистические, когда декоративные.

4. Наскальная резьба — рельефная или контурная, — где рядом с реалистическими образами животных (рыбы, черепахи, омары, моллюски и т. д.) видим птицечеловеков, двуглавых птиц и даже загадочные мифические существа, сочетающие признаки осьминога и рыбы или птицы. И все это выполнено с такой непринужденностью, с какой художник рисует карандашом на бумаге.

5. Наскальная живопись — личина плачущего божества, птицы в полете, лодки и так далее, изображенные прочными красками.

6. Идеограммы на деревянных дощечках, изумительные иероглифические письмена, которые до сих пор никто не смог расшифровать, с самыми разнообразными мотивами, тоже не до конца распознанными.

7. Узоры пасхальских татуировок, о которых нам, по сути, известно только то, что первые европейцы, посетившие Пасху, отметили их великое разнообразие.

Вполне естественно, что в дополнение к этому перечню пасхальский скульптор, как только он начал работать с вулканическим туфом и лавой — ведь дерево на острове давно стало редкостью, — сразу сумел создать приспособленные к этому материалу новые формы.

По тому как художники приспосабливали свой стиль и замысел к материалу, искусство острова Пасхи стоит особняком во всей Океании. Фантазия жителей собственно Полинезии бледнеет рядом с фантазией пасхальцев. Даже на островах, наиболее богатых изделиями искусства, как Маркизы или Новая Зеландия, обилие достигалось за счет многократного повторения сходных мотивов. Так, на Маркизских островах, идет ли речь о каменной и деревянной скульптуре, о рельефных изображениях на дереве, кости, раковинах, о петроглифах или татуировках, — всюду можно проследить в мотивах стилизованную личину с большими круглыми глазами и традиционный затейливый орнамент. На других островах Восточной Полинезии круг мотивов искусства еще уже.

По-видимому, прихотливое и многообразное искусство острова Пасхи являет нам еще одну загадку?

Несомненно, как и в поисках ответа на многие другие проблемы этого острова, нам следует прислушаться к Туру Хейердалу и обратить свои взгляды на Южную Америку. И может быть, мир образов, разнообразие мотивов, реализм и стилизация найдут свои параллели в удивительно многосторонней расписной и фигурной керамике древнего искусства Мочика в Перу?

Доктор Анри Лавашери, почетный профессор Брюссельского университета, почетный директор Королевского Бельгийского музея искусства и истории, почетный пожизненный секретарь Королевской Бельгийской академии наук, словесности и изящных искусств, археолог Франко-Бельгийской экспедиции на остров Пасхи в 1934 году

Две примечательные особенности выделяют остров Пасхи среди всех прочих островов Тихоокеанского полушария; уникальное географическое положение и редкостные археологические памятники. Можно ли считать случайным такое сочетание географической и археологической уникальности?

Ни одно тихоокеанское племя не жило так далеко от материков — дальше всех от Азии, по ближе других к Южной Америке, — как то, чьи следы мы находим на Пасхе. И тем не менее ни на одном другом острове мы не увидим таких внушительных и своеобразных памятников исчезнувшей древней культуры, как на этом крохотном бесплодном клочке земли, хотя в Тихоокеанском полушарии бездна островов и многие из них больше, плодороднее и куда более доступны влиянию извне. Тихий океан насчитывает десятки тысяч островов и атоллов, но только на острове Пасхи обнаружены следы доевропейской письменности, могучие культовые сооружения из огромных камней разной формы, обтесанных и пригнанных друг к другу с поразительной точностью, а также сотни исполинских антропоморфных статуй.

С тех самых пор, как в 1722 году европейцы обнаружили остров Пасхи, идет спор — являются ли эти замечательные памятники плодом местного развития или влияния извне. Выдвинута тьма гипотез в защиту и той и другой точки зрения.

Теперь благодаря палинологическим исследованиям и археологическим раскопкам нам известно, что задолго до прибытия европейцев остров Пасхи воспринимал импульсы как от высоких культур южно-американского материка на востоке, так и от островного населения Полинезии на западе. И, опираясь на недавние изыскания на острове, Международный конгресс тихоокеанистов в 1961 году в своей резолюции впервые официально связал историю Полинезии с историей Нового Света. До тех пор большинство представителей антропологических паук полагали, что в заселении Океании участвовала только Азия. Данные, представленные членами Норвежской археологической экспедиции на остров Пасхи, показали несостоятельность этой застарелой догмы. Принятая единогласно резолюция X Конгресса тихоокеанистов гласит, что Южная Америка наряду с Юго-Восточной Азией является одной из главных областей, откуда берут свое начало народы и культуры Тихоокеанских островов [1] .