Англосаксами называют германские племена саксов, англов и ютов, происходившие из Северной Германии и южной части Ютландии. С легкой руки Беды Достопочтенного принято считать, что юты заселили Кент и остров Уайт, саксы (к ним иногда добавляют фризов [3] ) — большую часть Южной Англии, англы — Центральную и Северную Англию.

Бритты почти не сопротивлялись пришельцам, и позднейшие христианские легенды о короле Артуре призваны были сгладить впечатление об их покорности мужественным и невежественным язычникам. При этом сами англосаксы не стремились к расширению своих владений, и кельты имели возможность бежать в Уэльс (королевства Гвинед, Дифед, Поуис и Гвент), Шотландию (Далриада, Стратклайд, Регед, Элмет), Корнуолл, Девоншир и Сомерсет (Думнония). Регед и Элмет были покорены англосаксами лишь в начале УП в., Думнония — в течение VII–IX вв.

Хотя завоеватели находились на гораздо более низкой ступени цивилизации, чем римляне, их общественные институты были устойчивее и перспективнее. Селились они прежде всего в долинах. Хозяйство в представлении англосакса — это луг для сена возле реки, невысокие склоны для пашни и более высокие для выпаса скота. Крестьяне использовались в качестве батраков (сервов или лэтов). Среди поселенцев были свободные люди или состоятельные крестьяне (кэрлы), а крупнейшие дома принадлежали эрлам.

На примере эрлов легко убедиться, что англосаксонское общество не доросло до сословности эпохи развитого Средневековья. Эрлы не являлись феодалами и не составляли национальной элиты, ведь их достоинство не зависело от них самих. Это те, кого почитали наследственно и из кого выбирали вождей в военное время и старейшин в мирное. Выбор абсолютно произволен, и человек благородной крови не пользовался среди односельчан никакими законными привилегиями. Сэр Уинстон Черчилль, один из идеологов парламентской демократии, с гордостью заявлял: «Возможно, мы рано реализовали демократический идеал «общества всех под руководством лучших». В характерных для германцев представлениях, несомненно, заложены многие из тех принципов, которыми восхищаются сейчас и которые составили признанную часть миссии англоязычных народов».

При этом Черчилль почему-то возмущался порочностью структуры англосаксонского общества из-за «принципа использования денег для регулирования всех правовых отношений между людьми». Но во всяком демократическом обществе деньги играют важнейшую роль. Там, где родовитость не принимается в расчет, ее место неизбежно занимают деньги. Англосаксы были честнее современных демократов и не стеснялись открыто признать это. Среди прочего они пользовались системой штрафов, определявшей точную стоимость или ценность каждого человека в шиллингах. Разница между эрлом, кэрлом и лэтом только в цене. Разбогатевший лэт становился кэрлом или эрлом. Это вполне узнаваемые черты современного общества. Правда, саксы держали рабов, которые ничего не стоили. Они происходили из бриттов. Английское слово «wealh» (валлиец или бритт) даже приобрело значение «раб».

Над всеми стоял правитель (этелинг), но и его меняли в случае необходимости. Отсюда многочисленность саксонских королевств, каждое из которых изначально принадлежало одному роду или семье. Власть этелингов постепенно абсолютизировалась, они заявляли о своем происхождении от древних богов. Положение же эрлов оставалось шатким и непрочным: всегда находились более ловкие и наглые, а захват земель никак не регламентировался, по принципу «кто успел, тот и взял».

В связи с усилением роли этелингов в VII в. постепенно формируются семь крупнейших королевств: Кент, Суссекс (королевство южных саксов), Уэссекс (королевство восточных саксов), Восточная Англия, Мерсия (королевство центральных англов) и Нортумбрия (объединенные королевства северных англов Берниция, Дейра и Линдси). Серьезный удар по абсолютизму нанесла римская Церковь. Первыми ее питомцами стали Этельберт (552–616), король Кента, и Эдвин (585–633), король Нортумбрии, а в итоге вся Гептархия (семь королевств) обратилась в христианство. В отличие от кельтских миссионеров, Августин Кентерберийский и его ученики не собирались потакать амбициям саксонских правителей, и Рим с его учением проложил дорогу феодализму.

На первых порах новая аристократия формировалась из наиболее преданных королю эрлов. Их также называли танами, они были сильно привязаны к королевскому двору, жили в дворцовых чертогах и не всегда имели собственные поместья. Деление земли на домены впервые зафиксировано в конце VII в., но эти домены представляли собой пашни, обрабатываемые лэтами и рабами и принадлежащие эрлам и кэрлам, платящим за них подать непосредственно королю. Англосаксонский манор — условная единица, это не укрепленное поместье, а всего лишь юридический и налоговый центр.

Главные укрепления англосаксов состояли из высокой насыпи с ограждением и заполненного водой рва. Каменное строительство до прихода викингов они так и не освоили. Неудивительно, что королевский трон каждый раз шатался, когда скандинавские ладьи причаливали к британскому берегу. Землевладельцы начинают строить мосты и крепости лишь в середине VIII в. В правление Оффы Мерсийского (? —796), именовавшего себя «королем англичан», появляются первые англосаксонские бурги и возводится гигантский земляной вал на границе с Уэльсом.

В 789 г. в Уэссекс впервые прибывают три корабля данов (датчан). Последовавшее затем нашествие скандинавов смело с лица земли Нортумбрию, Восточную Англию и Мерсию. Остатки других королевств объединились с Уэссексом, чей король Альфред Великий (849–899/901) снабдил всю страну крепостями, расположив их вдоль южного побережья, около устья Северна и в долине Темзы. К каждой был приписан определенный вспомогательный округ, в задачу которого входило предоставлять людей для охраны стен и содержать укрепления в порядке. То есть защита была налажена слабо, ведь у бургов по-прежнему не было хозяев, которые могли бы противостоять осаде. Не случайно сам Альфред в нелегкое для себя время предпочел укрыться в болотах Сомерсета.

Но даны, которых не следует путать с норманнами, хотя и умели строить крепости, не умели организовать жизнь в государстве. Они очень быстро ассимилировались. Получив отпор от Альфреда, многие из них стали расселяться в Нортумбрии и Восточной Англии (от Йоркшира до Норфолка), «возделывать землю, чтобы жить честным трудом». Эти честные труженики не могли ничему научить англосаксов. У них не было и намека на вассальную зависимость. Они просто слились с местным населением, превратившись в мелких землевладельцев (йоменов). Единицей их владений стала площадь, вспаханная восемью быками за определенное время и при предписанных условиях. Сэр Фрэнк Стентон охарактеризовал тогдашнее английское государство как «сельское общество, в котором свободный человек крестьянского состояния успешно сохранял свои позиции на фоне тенденции к манориализму».