Всё ясно. Это в нём охотничий, в нашем случае рыбацкий, инстинкт проснулся. И азарт заодно. Ладно, пусть порадуется. Чем бы дитя не тешилось.

— Закидывай, браконьер!

На третьем заходе результат себя ждать не заставил вообще. Буквально через минуту удилище дёрнулось, но как-то слабо, и леска ушла резко под лодку, а не дёрнулась вперёд по курсу. Только бы не крокодила зацепили…

Вова окинул меня растерянным взглядом, я в ответ пожал плечами и сбросил ход. Лодка легла в дрейф, фактически застыв на месте — штиль же.

— Чегой-то тяжело идёт, — напарник неспешно вытягивал леску, усевшись на дно и уперевшись ногами в борт. — Но не дёргается.

Что-то проскрежетало по дну и из воды под самым носом показалось нечто бесформенное, чёрное, с торчащими белыми прутьями. Я присмотрелся внимательнее и тут же скрючился в спазме, выблевав за борт завтрак. Вова от неожиданности выпустил из рук леску, умудрившись в последний момент поймать удилище.

— Профессор, ты чего?

— Охренеть. Вова, мы трупак выловили! Бросай на фиг свою удочку, валим на берег…

— Да гонишь! — не поверил напарник. — Какой трупак, че ты бредишь…

— Не веришь — тяни снова.

— И вытяну! — набычился Вова. — Надо удостовериться.

— Ага. Только вытаскивать сам будешь, и лодку потом отмывать тоже сам.

Однако Вова на мои угрозы не обратил внимания, вновь принявшись тянуть леску. Через несколько секунд неопознанный труп оказался в лодке. На этот раз спазм мне удалось сдержать, да и нечем уже блевать было. Напарник же в отличие от меня даже не побледнел.

— И чего ты так испугался? — вопросил он, брезгливо осматривая останки. — Как говорил небезызвестный Джон Сильвер, мёртвые не кусаются. А этому и нечем.

Действительно, на звание трупа выловленный фрагмент тушки не тянул. От тела осталась лишь верхняя половина без головы и правой руки, да и она была дочиста обглодана морскими обитателями. По сути, останки представляли собой грудной отдел скелета, затянутый в изодранную разгрузку.

— Вот это я называю разделать, как бог черепаху! — прокомментировал Вова состояние трупа. — Похоже, его на куски разорвало. Ещё до того, как он в воду попал.

— Угу, жертва авианалета.

— Скорее всего. Шёл на лодке, попал под раздачу. Тут во время захвата кубинцам эскадрилья Ми-24 помогала, гоняли летуны разбегавшихся пиратов.

Очень похоже. От нападения местных морских хищников раны немного другие бывают — чаще всего откушенные конечности. Или вообще целиком глотают, не пережёвывая. Пабло много страшилок порассказал.

— Глянь-ка! — Вова склонился над телом, расстёгивая карманы разгрузки. — У него магазины сохранились. Калашовские, опа. Точно кто-то из пиратов. А это что?

Напарник выпрямился, держа в руках закатанный в полиэтилен листок. Всмотрелся в рисунок и расплылся в довольной ухмылке. Протянул находку мне.

— Прикинь, Профессор, опять карта!

Да ну на фиг!!! Дежавю, ненавижу это чувство. Мало нам было приключений в Порто–Франко, еле от долбанных латиносов отбились, а тут ещё счастье привалило.

— Вова, я тебя умоляю!

— Не, правда, карта! — напарник сиял, как медный таз. — Дикие Острова, в подробностях, один остров кружком обведён, и крестик на нём. Спорим, там сокровища?

— Вова, уймись, — я уселся на банку и принялся разглядывать трофей. — С чего ты решил, что там сокровища? Может, там база была, пиратская. Или у трупа там делянка с коноплёй. Или…

— Профессор, помолчи! — Вова возбуждённо прошёлся по лодке — три шага вперёд, три назад. — Мне по фигу, что там. Понимаешь, мне приятно думать, что там сокровища. Так жить интересней!

— Если ты собрался проверять, это без меня.

— Скучный ты, Олег, — заклеймил меня напарник. — Как ты можешь от такого приключения отказаться? Ты только представь — море, остров с пальмами, пираты, все дела! А?!

Ишь, глазёнки загорелись. А вот хрен вам по всему лицу. Не дождётесь.

— Вова, мне, в отличие от некоторых, есть чем заняться. И работы море. Хочешь — бери Пабло и вали, проверяй свой остров. Может, найдёшь неприятностей на задницу. А мне того грузовика в саванне хватило, и сопутствующих приключений.

— Ааа! — махнул рукой Вова. — Ну тебя, унылый и скучный ботаник. Такой душевный порыв испоганить… Всё настроение испортил. Давай к берегу.

— Обязательно, — взялся я за руль. — Только сначала труп за борт выброси.