– Я так понимаю, что нам снова что-то мешает жить нормально, да?

– Совершенно верно, нас обвиняют во взломе системы.

– Что нам грозит?

– Потеря социального статуса, но уже в таком месте, которое ЛМ5-08 покажется просто адом по сравнению с его предыдущим местом обитания.

– Нам нужно связаться с Ракушкой и Интеллектом, они должны нас спасти.

– Нам положено последнее слово.

– И последнее слово было «УБОГО». – Сказал Сова.

– Прости, что?

– Старая, неправдоподобная история у моего народа, не обращай внимания.

Сова стал осматриваться. Помещение отличалось от обычных коридоров подземных уровней. Серые стены, светящихся панелей очень мало, никакой услады для глаз. Все навивало жуткую тоску и создавало гнетущее настроение. Время шло, никто не появлялся, при входе у них отобрали коммуникаторы, которым Сова так и не успел насладиться.

– Как думаешь, сколько мы уже тут сидим?

– Я не знаю, время идет очень медленно, а когда ожидаешь худшего, так вообще еле тянется.

– Зато у нас, наконец-то, много свободного времени, есть возможность расслабить голову.

– В такие моменты как раз очень хочется ее напрячь.

Сова сел на пол и оперся спиной о стенку. Руки его заметно дрожали, сказывалась усталость. Желание бороться пропало, пропал и страх. Он просто сидел и ждал, когда стена, к которой он прислонился, заметно вздрогнула.

– Вы это почувствовали?

– Что почувствовали?

– Стена дрогнула.

– Я ничего не почувствовал.

Сова снова расслабился у стены, перевел взгляд на М192Ж.

– А помнишь, как мы на Ферме с Кембриком застряли в яме?

– Конечно! Должен заметить, что там было куда веселее.

– Иногда я скучаю по прежним дням.

Стена дернулась снова.

– Вот! Вы сейчас почувствовали?

ЛМ5-08 и М192Ж встревожено переглянулись.

– Сова, ты переутомился, попробуй поспать.

– Да вы издеваетесь!

Сова спиной чувствовал, как стена стала мелко дрожать.

– Нет, ну это вообще какое-то издевательство, – сказал он, и тут его отбросило от стены к другому краю камеры заключения.

Он лежал между ЛМ5-08 и М192Ж, которые не обращали на него никакого внимания, а смотрели в пролом.

– Привет, я снова воспользовался своим любимым приемом.

– Привет, Геакрн, дружище, мой породонепробиваемый робот. Как ты тут оказался?

– Все разговоры потом, пора уходить.

– А как же социопатруль?

– У них сейчас проблемы посерьезней, вряд ли они вообще о вас когда-либо вспомнят.

Сова, обуреваемый любопытством, и ЛМ5-08 с М192Ж бросились к пролому за быстро уезжающим Геакрном.

– Ох, а что случилось-то?

Перед ними полыхал огнем уровень, двери блоков были выбиты, стоял жуткий смрад. У Совы щелкнули включившиеся фильтры скафандра. М192Ж с Хакером стали задыхаться.

– Быстрее, чего вы ждете, быстрее!

Геакрн схватил хайменоптцев и вместе с Совой помчались к аварийному выходу на поверхность. Они бежали сквозь уже покинутые уровни. Кругом валялись брошенные вещи, причина этого была Сове неизвестна.

– Куда все подевались?

– Они ушли на нижние уровни, пока войска защищают поверхность планеты.

– Что с поверхностью планеты?

– Атакована жуками Фермы.

– Ими руководит Интеллект?

– Тут, да. Он убеждает нас, что как только уберемся с планеты, тут же все остановит. Мы склонны ему верить, ведь в данный момент он на нашей стороне, он же тебя спас. Да и выбора нет.

– А как же они сюда попали?

– Когда почти все важные коды доступа попали в базы данных Ракушки и Интеллекта, он через военный крейсерский разум, по старой памяти, соединился со своей копией и они выработали план. Атака возобновилась с большей силой. Хайменоптцам не позавидуешь. Но он тебе расскажет лучше, у меня такие мощные процессоры и совсем другая программа.