_ Ну ладно, хотя я бы не отказался. Арпид вздохнул.

– Куда они все улетели? Этого нет в отчете.

– Потому что я не знаю. Сова все заработать пытался. Может, снова в систему Эо направился, а может, и на свою легендарную Землю, ну а Ракушка… Ракушка вроде к своим полетела, да.

– Тааакторн Геакрн?

– Не знаю. Наверное, с Совой остался. Он вообще малообщительный был. Все в себе держал. Но, может, он все еще тут, в Мегасе.

– Постарайтесь все вспомнить.

Всем понятно, как все началось. Сначала не было ничего, кроме тьмы и пустоты. И тьма была рада, и тут появился свет, планетка тут, солнце там, и пошли коровы, люди всякие, всякая ерунда по всему миру. С тех пор тьма перебивается понемногу: живет только в носителях – Креотитах. Носители-то думали, что они хозяева тьмы, но хозяев тьмы нет, есть только рабы. Нечто ужасное стремилось наружу. Началась война. Но как не старайся – никому не остановить ночь.

Тьма

– С самого начала и во всех деталях!

– Лучше всего начать этот рассказ с самого конца. Обсудить его и потом вернуться к началу. Затем, периодически снова переходя к концу, может быть, стоит показать героев в развитии сюжета, чтобы добавить динамизма. А то получится прямолинейная история, которая вызывает скуку.

– Давай по порядку!

(прозвучал звук удара и шорох сползающего тела)

Добро пожаловать в лучший из миров!

Обычный бар, обычный день, обычная дыра, а в целом, – прекрасный солнечный денек. Если есть центр вселенной, то это место – самая дальняя от него точка, – подумал Сова, – уже двадцать семь лет одно и то же, и этому не видно никакого логического конца и внелогического предела. Фантазия мигом нарисовала ему картину, как он, широко раскинув руки, кидается с главного шпиля колонии на камни и мирно спящих бомжей.

– О господи, как все надоело, – вслух сказал Сова и отпил из видавшего виды стакана.

Полуобернувшись, он ткнул пальцем в щель биобанкомата и, нервно передернув плечами, замысловатой шаркающей походкой выпившего обывателя, направился к выходу.

Везде все было как всегда: по городу сновали небольшие, парящие над поверхностью дорог, гравилеты. По транспортировочным трубам, низко гудя, неслись в разные стороны пневматические поезда без окон и дверей, но народу там всегда было набито уйма. Пыль, смог, цветные кусочки пищевого мусора, цветастые рубашки, дребезжащие, не смазанные роботы, спешащие по делам своих ленивых хозяев.

– Что ж, конец вечера тоже, по идее, не должен сильно отличаться. Сова, как всегда, будет один в своей гигантской, по арктурианским меркам, но далеко не самой большой – по местным, квартирке, с контактами виртуального погружения на специально выбритых местах головы, внимая чужим новостям.

Ожидания почти оправдались. Придя домой, он плюхнулся в тут же принявшее форму его тела кресло-кровать. Приказав тележке-роботу привезти немного еды из синтезатора, он принялся созерцать пыльный угол комнаты. В нем, как всегда грудой лежало грязное белье и пустая упаковка из-под гарефеевого сока. Комнату можно было назвать пустой и неуютной. Модной мебели, как и мебели в принятом понимании, в ней не было совсем. Бывало немного неудобно перед девушками, которых он всеми правдами и неправдами затаскивал к себе в постель. Но всего воображения Совы в плане украшения интерьера хватило только на покупку аморфного кресла-кровати и безвкусной синей вазы, так и не познавшей ни одного цветка. Все остальное, в общем-то, могло и подождать некоторое время, ведь через восемь часов наступит время сна, нейро-проекционные передачи закончатся, немного поспать, затем опять все сначала. В виртуальном мире, в круговороте информации, нужных и ненужных новостях, переписке с друзьями время летит значительно быстрее.

Примерно через час, плюс минус пятьдесят минут, наконец-то приехал робот, притащивший порцию зеленой, с желтоватыми прожилками, с первого взгляда, совершенно несъедобной субстанции, ну а со второго – еще более несъедобной. Дрожжи, дрожжи везде. Животная пища на других планетах, кроме Земли, была роскошью, а на Земле про нее вообще давно забыли, выращивая подобие мяса в протеиновых чанах. Большая часть живущих во вселенной люде не имела счастья употреблять настоящее мясо ни разу в жизни, исключая самых богатых людей и их красоток, которым еда доставалась задаром. Общедоступной пищей были дрожжи всех мастей и запахов. Дрожжам присваивали разнообразные вкусы, как выдумывая новые, совершенно непостижимые в своей пикантности, так и «классические» вкусы земных овощей и мяса. Вкусовые рецепторы это обманывало, но вот внешний вид. Для морально неподготовленного гурмана, который хотя бы раз ел и видел настоящее мясо, он был ужасен.

Положив содержимое пакета с надписью «пикантная говядина с пряностями и небольшими марципанами» в глубокую тарелку, залив их водой и наблюдая, как мучнисто-белая масса увеличивается в размерах, Сова крепко задумался. Медленно пережевывая пищу, он морщил лоб, пытаясь, но не в силах ухватить непостижимую мысль, начавшую обозначаться в его рассеянном мозгу.

Наступили времена полной автоматизации после изобретения искусственного интеллекта, отвечающего запросам человечества. Оно (человечество) решило, что с него хватит, и пора уходить на покой. В этом была его мечта, для этого оно старалось, унижалось и боролось столько тысячелетий, почти полностью вымирая и начиная с начала.