Так как корабль охранения всё- таки был нужен, работы продолжили по новому проекту 1165 (шифр "Фугас"). Это уже был корабль с атомной энергоустановкой, вооруженный планировавшимся новейшим противокорабельным комплексом "Малахит" (48 ракет), который заменили потом на "Гранит" (32 ракеты) и также новейшим ЗРК "Форт" (на базе сухопутного комплекса С-300).

Откровенно говоря, по тем временам данная ударно- противолодочная группа была бы трудноуязвимой: даже у США тогда практически не было противокорабельных средств, кроме самолетов с управляемыми бомбами на борту. Дальность действия авиационных ракет типа "Буллпап" (не более 17 км), предназначенных для поражения кораблей, с лихвой "перекрывалась" бы зенитным комплексом, а наши ракеты (даже "Прогресс" П-35 с дальностью более 300 км) не позволяли подойти близко надводным кораблям. Единственное слабое место у этой группы- гидроакустика, так как ограничение водоизмещения не позволяло ставить гидроакустическую станцию дальнего действия "Орион" (как на ПКР типа "Москва").

Вот эта гидроакустика и поставила под сомнение необходимость постройки двух кораблей. "Боевое столкновение" показывало, что при слабом ГАК (дальность действия ГАС перекрывалась дальностью хода американских торпед) и невозможности использования вертолета (погода, авиационное противодействие) наши корабли легко отвлекались от основной цели и становились мишенями для наведенных на них многоцелевых лодок. Даже ценой 60–70 сбитых самолетов (в идеале!) наши корабли всё равно не смогли бы выполнить свою основную задачу- потопление атомного подводного ракетоносца.

Любопытно, что система из двух взаимоподдерживающих кораблей была в нашем флоте всё же реализована в виде проектов "Современного" и "Удалого", где первый держал противокорабельную и противовоздушную оборону, а второй- противолодочную и противоракетную.

Но перед глазами наших моряков уже маячили и "дразнились" американские многоцелевые атомные крейсера "Лонг Бич", "Бейнбридж", строился "Тракстан" и проектировались новые атомные фрегаты с обьединенными задачами и как раз такого водоизмещения, как планировалось у нас: 8000–9000 тонн.

Вот почему проекты 1144 и 1165 решено было, согласно тактико- техническому заданию, утвержденному 25 мая 1971 г, обьединить в один, с приданием атомному большому противолодочному кораблю ударных функций и переименованием его в "атомный противолодочный крейсер". Разработка проекта была поручена Ленинградскому Северному проектно- конструкторскому бюро, которое имело опыт создания и БПК, и ракетных крейсеров. Главным конструктором был назначен Б.И. Купенский, ранее работавший над проектами 50, 61. Главным наблюдающим от ВМФ был назначен капитан 1 ранга А.А. Савин.

Одновременно получили логическое развитие работы по созданию атомного авианосца (шифр "Орел"), так как к тому времени стало очевидно, хотя бы из американского опыта, что самое лучшее прикрытие от самолетов и ракет противника- собственная палубная авиация. Как известно, работы по авианосцу из-за различных причин тормозились и в результате атомный корабль такого типа хотя и был заложен, но вскоре разрезан на стапеле Черноморского судостроительного завода в Николаеве. Отстоять его уже было некому.

А тогда за ходом проектирования крейсера следил сам Главком ВМФ СССР С.Г. Горшков, давая поправки в проект согласно только ему одному ведомым требованиям. Порой его указания нарушали научно определенные военно- экономические обоснования, но уж такова была тогда система руководства. Говорят, что когда расчёты не подтвердили целесообразности постройки нового корабля, Главком заявил: "Вы неправильно посчитали. Идите, считайте со своими учеными заново". Естественно, науке пришлось "подгонять ответ". Судя по всему, С.Г. Горшков при создании корабля просто руководствовался постулатом "превосходить во всём".

ЯЭУ атомных крейсеров

1: реактор; 2: бак защиты; 3: защитная оболочка; 4: аварийный выход; 5: аппаратное помещение; 6: парогенератор; 7: реакторное помещение.

На стадии начала проектирования планировалась атомная паропроизводящая установка второго поколения, типа ВМ-4, как на подводных лодках. Два реактора по 75 мегаватт давали пар для турбин ТВ-12, которые при мощности в 91000 л.с. могли сообщить скорость кораблю в 31 узел.

Но с установкой ГАК дальнего действия выросло водоизмещение и мощности стало не хватать. Поскольку трехреакторная установка ледокола "Ленин" по габаритам, целому ряду требований и весу "не вписывалась", было принято решение на создание специальной двухреакторной ППУ, в четыре раза мощнее, чем предполагалось вначале. Проектирование АЭУ третьего поколения проходило с учетом накопленного опыта, уже с новым подходом к атомным установкам, как к обьектам повышенной опасности. Была разработана концепция по созданию систем безопасности, включая системы аварийного расхолаживания и локализации аварии. Системы рассчитывались на проектную аварию "разрыв трубопровода теплоносителя на максимальном диаметре". Была применена также блочная схема компоновки, которая имела режим естественной циркуляции по первому контуру на высоких уровнях мощности реактора (это очень важно для недопущения теплового взрыва реакторов при обесточивании корабля), автоматическая система расхолаживания, способная "заглушить" реактор даже при опрокидывании корабля, импульсная аппаратура контроля реакторов, которая держит "руку на пульсе" у реактора, находящегося в подкритическом состоянии. Блочная компоновка позволила уменьшить габариты и улучшить эксплуатационные параметры.