Шрифт:
Этот выбор удачно складывался с тем, что новые удары я выбирал основываясь именно на том, что давал мне мой новый подкласс. Мной выбирались особо мощные, убойные удары. Их минус был в большом времени отката. Ранее я бы такие и не взял. Но теперь в моей голове сложился ребус и я знал как буду вести поединки.
В первую минуту я буду только обороняться, не столько нанося урон врагу, сколько вешая на него дебафы которые дают мои ранние удары. А вот потом, потом на врага посыпятся высокоуровневые скилы! Каждый мой удар, из-за особенности подкласса, снижал время откатов всех умений на один процент. Мизер? Нет! Невероятная сила! За первую минуту я накидаю на врага не менее сотни «ударов духа», «ударов ветра» и «укрощения стихий»! Плюсом к ним шло то, что я еще до всей этой свистопляки с Залом Славы и Леди, выучил еще один скил с низким уровнем отката и духозатрат.
«Удар монаха»
Он был доступен любому монаху начиная с шетидесятого, а не только танку. Этот скил был скорее для дамагеров, но и танк мог из него кое-что почерпнуть.
«Удар монаха».
Урон: базовый /множитель пять если вы бьете голыми руками/, игнорирующий броню.
Ваш дух пробивает любые защиты кроме Божественных. От этого удара нельзя увернуться. При нанесении вами удара, противник получает дебаф выраженный в падении максимального количества жизни на два процента. Максимальное количество дебафов от данного удара на одном персонаже — пять. На боссов данная способность действует в четыре раза менее эффективно.
Затраты духа: 3 единицы.
Время отката: 2 секунды.
Коэффициент агрессии: 1.
Жаль, что способность «аскета леса» не считалась простым сложением процентов. То есть через сто ударов я не сводил откат всех моих умений до нуля. Так как каждый следующий процент вычитался из времени, а не складывался с предыдущим. То есть например есть скил с откатом сто секунд, первый мой удар снижал время отката этого умения с сотни до девяноста девяти секунд. А второй удар с девяноста девяти, до девяноста восьми и одной сотой, третий с девяноста восьми и двух сотых, до девяноста семи и трех сотых и так далее. Но все равно это было супер!
Раскидав все, что было, ужаснулся. Мой персонаж стал просто каким-то игровым чудовищем. Я был слаб только в одном, противостоянии физическому урону. Это была единственная моя слабость. С магами же, отравителями и прочими персонажами чьи удары основаны на магии или проклятиях, я должен был справляться без каких-либо трудностей. Но и тех, кто решит убить меня физикой, их ждал очень и очень большой сюрприз, мой пятидесятипроцентный физигнор! Если что-то в этой игре и соответствует понятию имбовый персонаж, то встречайте, теперь он точно есть в игре! Это я.
Трое суток до умопомрачения тренировал связки ударов и защит. В пещере была встроена точка респауна, а на склонах рядом бродили дикие Йети сто шестидесятого уровня. Я о них убивался за это время наверно тысячи полторы раз! Но не унимался, возрождаясь, снова бросался в бой. Мне не нужно было побеждать этих мобов, мне нужна была тренировка. И если первую сотни таких боев я сливал за секунды, то к моей тысячной смерти, держался против превосходящих меня на двадцать уровней мобов, которые к тому же должна убивать группа из минимум трех игроков, более минуты, и это не смотря на то, что на мне остались только неспадаемые трусы и майка, да спицы Софаласи в инвентаре. Впрочем, жалеть о обмундировании восьмидесятого уровня, будучи уже сто тридцать девятым, показалось мне глупым.
Когда понял, что достиг своего максимума, и дальнейшая тренировка ничего не дает, то просто улегся спать голым на пол пещеры, благодаря космической капсуле, мне не надо было выходить в реальность, что бы поспать.
Проснувшись, захотел повязать, но в инвентаре не осталось ни одного мотка пряжи. Что бы хоть чем-то себя занять, начал лупить скалу кулаками.
Через несколько часов, одновременно с системным сообщением:
Поздравляем, ваш навык рукопашного боя увеличен! Вы получили достижение: «Адамантитовый кулак», все ваши удары без оружия сильнее на шестьдесят процентов!
Услышал:
— Чем ты тут занимался? — А вот и мама. — Ты почему не одет?
— Всю одежду унесли Йети! — Ухмыльнулся я в ответ на её вопрос. — И здравствуй матушка!
— Как Йети сюда добрались? — Леди непонимающе оглядывает пещеру, напрочь игнорируя моё приветствие.
— Я сам, к ним в гости ходил! — Продолжаю играть перед ней эдакова Иванушку дурачка.
— В гости?
— Да, они точно не гостеприимный народ. Я проверил. — И добавив театральной городости в свой голос произнес. — Две тысячи раз проверил!
— Не майся дурью! — Отмахивается она. — Все равно то, что на тебе было, хлам. — Безапелляционно заявляет Леди. — Одевайся. — При этих словах у моих ног материализуется сундук небольших размеров.
Открываю и вижу в нем немного потрепанное монашеское одеяние. Начинаю одеваться и понимаю, эта амуниция по своим характеристикам не ниже легендарок первого ранга и так с каждым предметом в ней!!
— Откуда это?
— Когда-то, очень давно, твой двоюродный дед встал на путь аскета, это его одеяния. Ему они уже без надобности, бери не думай. Дед даже рад, что эти вещи вновь увидят свет.