Ни о каком промедлении не могло быть и речи.

– Будем придерживаться намеченного плана, – решительно произнес Пейнтер, отсекая возможные возражения. – Нам необходимо получить доступ к серверу. Судя по сегодняшнему нападению, очевидно, кто-то сильно встревожился и в то же время обнаглел. Плохое сочетание. Нельзя допустить, чтобы нас заперли. Так что сегодня мы разделимся.

Было видно, что Крид беспокоится, но не за себя.

– Сэр, а что, если на вас нападут снова?

– Не волнуйся. Единственный отпущенный им выстрел эти люди уже сделали. – Пейнтер взял с раковины нож «Уосп», отобранный у убийцы в парке. – Теперь охотиться буду уже я.

Кутаясь в теплую куртку с капюшоном, отделанным лисьим мехом, Криста шла по центральной аллее парка Фрогнер, расположенного на западной окраине Осло. Ее квартира выходила окнами на этот заснеженный парк, однако молодая женщина больше не могла оставаться в помещении. Телефон она взяла с собой.

После захода солнца резко похолодало.

Во всем парке Криста была одна.

Она шла по аллее через сад скульптур. Ее дыхание облачками пара расходилось в морозном воздухе. Ей нужно было двигаться, однако от внутреннего напряжения руки и ноги плохо ее слушались.

Ее окружало больше двухсот каменных скульптур, созданных Густавом Вигеланном и считающихся национальным достоянием Норвегии. В основном это были обнаженные фигуры, застывшие во всевозможных причудливых позах. Сейчас все они были покрыты снегом, словно рваными белыми покрывалами.

Прямо впереди возвышалась центральная скульптура. Установленная в самой высокой точке парка, она подсвечивалась в темное время суток. Скульптура называлась «Монолит». У Кристы она всегда, особенно ночью, вызывала ассоциации, связанные с дантовским «Адом». Быть может, именно поэтому сейчас женщину влекло сюда.

Скульптура представляла собой круглую башню высотой с четырехэтажный дом, высеченную из одной гранитной глыбы. Вся ее поверхность напоминала сплошное море извивающихся человеческих фигур, переплетенных между собой, спутанных друг с другом, – настоящую черную оргию, запечатленную в камне. Композиция должна была изображать бесконечный цикл человечества, однако Кристе она казалась братской могилой.

Молодая женщина не отрывала от нее взгляда, ни на минуту не забывая о том, что должно произойти в ближайшее время.

О том джинне, которого они выпустят из бутылки…

Криста поежилась, даже несмотря на теплую куртку, и плотнее прижала к шее отделанный мехом капюшон. Но эта постоянная дрожь была вызвана не чувством раскаяния, а сознанием громадных масштабов происходящего. Все шло полным ходом на протяжении уже десяти лет, но теперь осталось ждать совсем недолго. Еще несколько дней – и обратной дороги больше не будет. Всему миру предстояло кардинально перемениться, и Криста играла в этом ведущую роль.

Но она действовала не в одиночку.

Завибрировал телефон в руке, спрятанной в карман. Сделав глубокий вдох, Криста выпустила облачко белого тумана. Сегодня она потерпела неудачу. Каким будет ее наказание? Она обвела взглядом погруженный в темноту парк. Быть может, палачи уже подкрадываются к ней? Смерти Криста не боялась, страшилась лишь того, что ее выведут из игры сейчас, в самый последний момент. Она действовала в спешке, опрометчиво. Нужно было связаться с боссами перед тем, как пытаться самостоятельно устранить сотрудника «Сигмы».

Достав из кармана телефон, Криста засунула его под капюшон.

– Да?

Одна в пустынном парке, она могла не беспокоиться о том, что разговор подслушают. Связь через спутниковый телефон также была зашифрована. Криста приготовилась к тому, что ее ждало.

Однако голос, прозвучавший в трубке, застал ее врасплох. Все тепло мгновенно улетучилось из ее тела. Казалось, она осталась совершенно обнаженная в этом холодном парке.

– Он остался жив, – бесстрастно произнес голос. – Вы должны были действовать осмотрительнее.

У Кристы перехватило дыхание, она не смогла ничего ответить. Прежде она лишь один раз слышала этот голос – вскоре после ее вербовки, после жестокого посвящения в члены, когда Криста совершила успешное покушение, расправившись с целой семьей, и в том числе убила новорожденного младенца. Один венесуэльский политик занялся расследованием деятельности некой французской фармацевтической компании, и это расследование требовалось остановить любой ценой. Криста получила пулю в ногу от телохранителей политика, но все же ей удалось скрыться, не оставив никаких следов. Ни капли своей крови.