— Ну ты и бегун, командир! Без ружья охотиться можешь, ни один зверь не уйдет!..

— Отдышись, — посоветовал Егор, ввинчиваясь в траву, выполз на край поляны и скользил по земле до тех пор, пока не увидел лениво вращающиеся лопасти вертолета. Оглянулся на ужом ползущего следом Александра. — Готов? Пошли!

Они поднялись и тенями понеслись к боевой машине.

Остальные «витязи» к этому моменту выполнили программу минимум — добежали до корпуса лаборатории. Все действия группы — атака и перемещение — заняли всего полторы минуты, десантники Дубневича не успели пройти и половины площади, вынужденные огрызаться и передвигаться ползком под огнем снайперов. А затем «витязи» показали, что такое в натуре профессиональный штурм объектов, занятых «террористами».

Лишь одна собака — черный, с подпалинами, мастифф — домчалась до «змеи» атакующих, но и та была тут же убита короткой очередью. Затем добравшиеся до корпуса лаборатории «витязи» в мгновение взорвали входную дверь, четверо остались снаружи отбивать атаку уцелевших десантников, а пятеро ворвались внутрь. В этом мероприятии не участвовал только Воха Васильев. У него было задание пробраться в гараж зоны и вывести стоявший там БТР.

Задача у Крутова и Зубко была посложней: им предстояло захватить вертолет и взять в плен Дубневича. Первую часть задачи они решили быстро и тихо. Александр выстрелил из пистолета с глушителем в стоящего к ним спиной десантника, охраняющего вертолет, а Егор разрядил в пилотов пси-генератор, надеясь, что бронированное стекло кабины не послужит препятствием для излучения. Расчет оправдался, хотя кабина вертолета все же отразила часть разряда: пилоты не потеряли сознания, но «поплыли», переставая соображать, что делают. В расчет их какое-то время можно было не брать. И командиры «Витязя» переключились на более важный объект.

Полковник Дубневич был опытным бойцом и сразу сообразил, что ситуация складывается не в его пользу. Проникшие на территорию зоны профессионалы какой-то спецслужбы перехитрили защитников лаборатории. Вместо того, чтобы отступить перед превосходящими силами противника, они нанесли внезапный кинжальный удар по городку и рассекли преследователей на две части, поддерживаемые огнем первоклассных снайперов. Если бы не их задержка у здания главного корпуса лаборатории, участь полковника была бы решена, обучены они были гораздо лучше его телохранителей. Но они остановились, и у Дубневича появился шанс отступить, что он и сделал, сориентировавшись раньше своих подчиненных.

— Назад! — рявкнул он, останавливая увлекшуюся боем четверку легионеров прикрытия. — К вертолету!

Парни с неохотой повиновались, начиная отступать лицом к зданию лаборатории, занятому противником, и наткнулись на застывшего почему-то полковника. Оглянулись. В полусотне метров от них, перед вертолетом, стояли двое мужчин и смотрели на них. Один был в новейшем спецкостюме «киборг», которыми снабжались только сверхсекретные элитные подразделения ФСБ и ГРУ, второй в камуфляжном мундире армейского спецназа, и оба были вооружены не хуже легионеров Дубневича. Полковник ощутил слабость в ногах, узнав в одном из мужчин Крутова, и понял, что обречен. Он хотел крикнуть, остановить грядущую свинцовую метель, но воздух застрял в легких, губы пересохли, сердце сбилось с ритма, как бы ожидая, чем все закончится.

Миг ожидания и растерянности прошел. Слаженно ударили автоматы Крутова и его «космического» напарника. И Дубневич остался один, по пояс в траве, помертвевший и застывший, как гипсовая статуя. Все четверо его телохранителей попадали в траву, не успев открыть ответную стрельбу.

— Подойди, — сказал Крутов. И хотя голос его был тих и почти не слышен из-за непрекращавшейся перестрелки, полковник услышал. Бросил в траву пистолет-пулемет, побрел к вертолету, все еще ожидая выстрела.

— Где Елизавета? — спросил Егор, когда между ними осталось два десятка шагов.

— Да не знаю я!..

— На этот вопрос могу ответить я, — раздался откуда-то сзади гортанно-глубокий голос. — Стоять! Не оборачиваться! Оружие на землю!

Крутов и Зубко переглянулись, готовые прыгнуть в разные стороны и открыть огонь, но раздавшиеся две автоматные очереди, срезавшие траву слева и справа от стоявших офицеров, предупредили их действия. Окликнувший их человек был профессионалом.

Крутов медленно повернул голову. К ним подходил Джехангир в сопровождении двух огромных качков с автоматами.

— Опусти оружие, Егор. Я знаю, ты в великолепной форме, но эти ребята знают толк в «гашении обликов».

— Слава аллаху! — ожил Дубневич, лицо которого приобрело малиновый оттенок. — Вовремя вы, Мстислав Кали… — он не договорил.

Сухо треснул выстрел. Во лбу полковника расцвела кровавая звезда. От удара пули голова его откинулась, и упал он, уже мертвый, плашмя, навзничь.

— Есть разговор, — продолжал, как ни в чем не бывало, Джехангир, пряча пистолет. — Твоя девушка у меня, так что не ищи ее здесь, не суетись.

Крутов дунул в усик рации.

— Кока, что там у вас?

— Обыскали все гнездо, тут целых три этажа под землей, твоей подруги нигде нет, — ответил Морозов, руководивший группой «витязей» в здании лаборатории.

— Минируйте и уходите.

— Не надо минировать, — улыбнулся Джехангир, все поняв из реплик Крутова. — Территория объекта и так заминирована, а ключ от системы ликвидации у меня. Поговорим?

Крутов встретил взгляд Саши, дернул ухом, что означало — слушай и действуй по обстоятельствам, повернулся к бывшему учителю.