На данный момент у Дубневича были три группы подозреваемых, попавших в поле зрения контрразведчиков Легиона: дорожные «мстители», брянский Клуб ветеранов войны в Афганистане и Чечне и растущие, как грибы, филиалы Международного Ордена чести, один из которых обосновался в Жуковке, то есть в непосредственной близости от «Объекта № 2». С захватом командира «мстителей» эту группу подозреваемых можно было отбросить, озабоченные местью бандитам люди действительно попали в переплет не по своей воле. Остальные же «общественные организации» следовало проверить на местах. К тому же у Игоря Эдуардовича уже были на руках козыри: московская агентура Легиона засекла чиновников МВД и ФСБ, заинтересовавшихся деятельностью ФУМБЭП. Через этих лиц можно было выйти и на исполнителей. Дубневич в связи с этим ждал только звонка из столицы.

В семь часов вечера звонок раздался, но не тот, какого ждал полковник: звонил начальник отдела кадров РВС Трипольский.

— Примите заказ, полковник, — сказал он безапелляционным тоном. — Директору для испытаний «ЗГ» нужны дети в возрасте от пяти до пятнадцати лет. Мы наскребли по регионам два десятка, найдите хотя бы еще столько же. Срок исполнения — неделя.

Не выслушав ответа, Трипольский положил трубку.

Дубневич посидел за рабочим столом в своем кабинете, оглушенный свалившейся на него заботой, — угрызений совести или каких-то моральных сомнений он не испытывал, проверка работоспособности пси-генераторов на «расходном материале» давно превратилась для него в рутинное мероприятие, — и вызвал Мокшина.

Мэр Брянска словно ждал этого момента, откликнулся сразу же и через полчаса подъехал к штабу округа, где его знали и пропуска не требовали. В кабинете полковника он появился мрачный и целеустремленный, как боксер перед боем.

— Мог бы и не утруждать себя визитом, — встретил его Дубневич посреди кабинета, пожимая протянутую руку. — Что это ты напряженный, как бык на корриде?

— Отпустите Лизу, — сказал Мокшин, не отвечая на шутку. — Ваши люди захватили в деревне мою жену. Отдайте ее мне.

Лицо Дубневича затвердело.

— Сядь. — Он указал на стул, обошел стол, сел в свое кресло. — И успокойся. С чего ты взял, что мои люди захватили твою жену?

Мокшин слегка расслабился, в глазах его вспыхнул насмешливо-злобный огонек.

— Сорока на хвосте принесла… У меня тоже есть агенты в некоторых ваших структурах. С гребаным полковником, увезшим Лизу, разбирайтесь сколько вашей душе угодно, а Елизавету верните, она влипла в наши разборки случайно, из-за этого прыткого… — Мокшин хотел выругаться, но сдержался.

— Крутов сбежал, — спокойно сказал Дубневич, наблюдая за реакцией мэра, на лице которого отразилось сначала удивление, потом недоверие и озабоченность.

— Сбежал?! Один? Вы его упустили?!

— Не я конкретно — Сватов. Еще будем разбираться, как это случилось.

— Человек бежит с территории секретной части!..

— Так получилось, — нахмурился Игорь Эдуардович. — Это хороший урок нам всем. Теперь надо его ловить. Раз у тебя есть свой круг помощников и шпионов, подключайся. Но вообще-то я звонил тебе по другому поводу. Директору понадобились дети.

— Какие дети? Зачем?

— Для доводки «ЗГ». Возраст — от пяти до пятнадцати лет. Есть какие-нибудь соображения?

Мокшин с усилием заставил себя думать о теме разговора.

— Черт!.. Где его теперь искать?.. Дети? Ну, с двенадцати-пятнадцатилетними проблем особых не будет, отловим беспризорников… послушай, Игорь Эдуардович, я тебе гарантирую: все, что Лизка узнала, — умрет у меня дома. Я ее запру и никуда не выпущу. Отдай ее мне.

— Не могу, — покачал головой Дубневич. — Там теперь распоряжается другой начальник.

— Кто? Юрий Тарасович?

— Сам командующий Легионом. Если хочешь, связывайся с ним и проси. Только вряд ли он захочет рискнуть. Твоя жена видела столько, что оставлять ее на свободе опасно.

— Мне что, не доверяют?

— Если бы не доверяли, разговаривали бы иначе. Командующий час назад поведал мне китайскую стратагему, смысл которой сводится к тому, что с врагом всегда все ясно, а в друзьях уверенности нет. Понимаешь, о чем речь?

Губы Мокшина раздвинулись в ехидной усмешке.

— Значит, и тебе не доверяют, полковник? Хорошо же ты себя зарекомендовал. Но я-то перед ним не обязан ходить на задних лапках. Поеду и потребую…

Дубневич побагровел.

— Заткнись, мальчишка! Это мы тебя сделали мэром, а не избиратели, так что, если нужно, будешь и на задних лапках прыгать. Поймаешь Крутова, может, тебе и разрешат забрать жену… хотя совершенно непонятно, почему ты так за нее цепляешься. Баб вокруг мало?

Мокшин набычился, хотел сказать: таких больше нет, — но передумал. Дубневич, прищурясь, ждал ответа, не дождался и сказал уже тоном ниже: