Я медленно и угрожающе приближалась, соображая, что делать дальше... наш режиссер, Аластор, то есть, никаких указаний не дал. Ладно, будем импровизировать... Я уверенно шла к беседке. Парни начали перебираться подальше от входа. Я хотела дойти до порога и, посветив на них желтыми глазами исчезнуть, но... Орф возник прямо передо мной на пороге беседки, спиной к зрителям.

– Как тебе не стыдно, - поцокал он языком, - а ну возвращайся в глубины сознания...

И мы оба растворились в воздухе. Занавес!

– Теперь мы поговорим?
– спросил меня Най.

Мы уже были дома. Я наконец-то освободилась от своего костюма. Расплела косички, приняла душ, сняла линзы. Я ходила по комнате и расчесывалась. Было около шести часов утра. Мы были в квартире Ная. Он уже тоже помылся и переоделся в джинсы и футболку. Я разгуливала в пижаме. Пойна уехала с Аластором домой.

– О чем?
– я подошла к нему, продолжая манипуляции с расческой.

– О нас.
– Он сидел на кровати и гладил Пыньку.
– Ты сказала, что дома мы поговорим. Прошу, мадемуазель.

– Нам хорошо вдвоем.
– Я снова начала движение по комнате.

– И все?
– Най встал и подошел ко мне.

– Что ты хочешь услышать?
– я опустила голову, и без того зная, что он хочет.

– Хочу знать кто я для тебя, - он развернул меня к себе.

– Муж...
– осторожно сказала я.

– Все?
– Он отошел от меня и снова сел на кровать.

– Ты хороший, - глупо сказала я.

Он поднял на меня глаза и горько усмехнулся.

– А еще я веселый и красивый?
– Он поднялся и положил руки мне на плечи.
– Это все твои эпитеты или я не все перечислил?

– Не издевайся,- я опустила голову, - я действительно так думаю.

– А если я скажу что люблю тебя, что ты мне ответишь?

Я только вздохнула и робко подняла голову.

– Будешь молчать?
– Най легонько тряхнул меня.
– Аврора! Скажи мне раз и навсегда...

– Я не знаю.
– Расческа выпала из рук.
– Иногда... нет, не то говорю... я... мне нужно подумать...

– Сколько тебе нужно времени, чтобы определиться?
– он чуть сжал мои плечи.

– Най...
– я боялась расплакаться.

– Прости, но я хочу это выяснить.
– Он отпустил мои плечи и вышел из комнаты.

Люблю ли я его? Не знаю... не хочу сама себе врать. Может, я сама себе боюсь в этом признаться? Нет, вряд ли. Боюсь, что это все обман? Есть немного... мне с ним хорошо, спокойно и я чувствую себя защищенной. Так почему ты, размазня такая, не скажешь ему что любишь?! А точно ли люблю? Я попыталась представить, что его нет. Он ушел, умер или с другой... слезы потекли по щекам.

Я пошла в ванную, умылась и посмотрела на себя в зеркало. Глаза серые и чуть покраснели от слез. Иди и скажи ему все, что ты чувствуешь и думаешь! Я опустила голову и начала глубоко дышать.

Вышла из ванной. Анайдейе стоял лицом к окну, положив руки на подоконник. Я подошла и уткнулась носом ему в спину. Он не пошевелился. Я осторожно положила руки ему на плечи - ноль реакции. Шмыгнула носом - он только вздохнул и повесил голову.

– Най, - тихо позвала я, - повернись, пожалуйста.

Он, молча, сделал то, что я просила, и посмотрел мне в глаза.

– Я тебя люблю, - сказала я.

Он продолжал молчать.

– Я подумала, что тебя нет и...
– я опустила голову, - и поняла, что не мыслю жизни без тебя. Ты мне очень дорог. Я больше не сомневаюсь в этом. Это правда.

Он обнял меня и крепко прижал к себе. Я тоже обняла его, и вот так мы стояли вечность. По крайней мере, мне так казалось.

– У тебя глазки красные, - Най чуть отстранился от меня, - надо ложиться спать. Эй, ты чего?

Я уткнулась в его грудь и сильнее прижалась к нему. Он поцеловал меня в макушку и начал гладить по спине и плечам.

– Я же никуда не ухожу, - ласково сказал он, - и никуда я от тебя не денусь. Всегда буду рядом. Даже когда надоем, и ты меня будешь палкой от себя отгонять.

Он засмеялся. Я сильнее его обняла, и слезинка скользнула по щеке. Не отпущу! Никогда не отпущу. Путь хоть лом притащит. Вот так и буду вечность обнимать.

– Аврора, - его голос был таким мягким, - почему ты плачешь? Я тебя расстроил...