Шрифт:
– Кто это?- Саня привстал.
– Я, б*дь.
В комнату вошел Паша Рыжий. Он был на пять лет младше Санька, но выглядел не лучше. Его худое, впалое лицо было выбрито и разукрашено россыпью разодранных прыщей. Оно сползло вниз, прикрыв веки, и висело как мокрая тряпка на заборе. Короткие светлые волосы прятались под кепкой. Голубые глаза были полуприкрыты, зрачки блестели маленькой точкой. Высокий худой, со сгорбленной спиной, Паша походил на высушенного морского конька.
Он поставил на бетон литровую бутылку "колы" и принялся тщательно отряхивать сальные спортивные штаны и рукава куртки:
– Привет,- сказал Паша и потер ладонями лицо.- М-м-м. Бухаете?- глотнул принесенный с собой напиток, подошел ближе и взял со стола сигарету.- Васек спит?- он присел на корточки, но тут же поднялся, изогнулся и запустил руку в штаны.
Вася зашевелился.
Приятно почесываясь, Рыжий снова спросил:
– Все бухаете?
– Ну-у, так…- Саня посмотрел на остатки водки. На гостя он явно не рассчитывал.
– Нах*й вам эта синька?.. Только мозги сушит и ни какого кайфа…
Санек усмехнулся:
– Мне один профессор говорил, что люди используют только десять процентов мозга, а остальное можно топить в стакане.
– Хм…- Рыжий еле заметно усмехнулся.
Вася поднялся.
– На, водички попей,- просипел Паша и протянул "колу".
Васек сделал несколько глотков. Сладкая, приторная вода вызвала только отвращение, и он вдруг вспомнил о квашеной капусте. Вася поморщился и поставил бутылку на пол. Его взгляд упал на бутылку на столе.
– Есть там че, Саня?
Ява разлил в два стакана и посмотрел на Пашу:
– М-м,- он кивнул на бутылку.
– Не-е,- протянул Рыжий и уселся на стул.
Он задрал штанину, оголяя худую белую ногу, покрытую разноцветными язвами, почесался и стал ковырять пальцем одну из гниющих ранок.
Вася уселся рядом. Выпил и закурил.
– Васек, давай сваримся,- сказал Рыжий, рассматривая свои ноги.
Хозяин квартиры скривился:
– Не знаю…
– Да че ты? Давай. Все есть. Нужна только хата.
– Стремно. Двери нет.
– Х*йня. Поставим и тряпками завесим. Да ночью никто не спалит. Сорок минут и все. Где-нибудь в два ночи начнем, быстро сделаем и все. Давай.
– Да, б*дь, соседи и так вызывают ментов постоянно.
– Да не ссы, завесим дверь и все. Вонять не будет. Посуда есть? Мы ж варили у тебя уже.
– Есть какая-то.
– Давай Васек,- влез в разговор Саня.
– Б*я, стремаюсь я.
– Че ты ссышь? Все тихонько сделаем.
– Ну, давай. Только все за раз и тихо, без хвостов,- Вася посмотрел на Рыжего.
– Я один. Где у тебя тут что?- Рыжий пошел на кухню.
– Ищи. Все, что есть – там,- Вася посмотрел на Санька.- Наливай.
Ява заерзал в предвкушении. Налил в два стакана по половине:
– А есть "баяны"?- крикнул он, повернувшись к выходу из комнаты.
– Не-а,- донеслось сипение из кухни.- Чистых нету.
– А сколько время?- спросил Васек.
– Десять,- сказал Паша и появился в проеме комнаты.
В руках у него была кастрюля и металлическая миска. Он сел за стол, поставил кастрюлю и установил сверху миску:
– Во-о. Все ах*енно. Еще рано, сходите в "дежурную" за "баянами". Я пока посуду помою, да приготовлю все…- сказал Паша и полностью закрыл глаза. Его голова плавно опускалась, словно он засыпал. Внезапно Рыжий спохватился, тряхнул головой, глубоко вдохнул и промычал:
– У-м-м… Убирает пи*дец. Дай сигарету. А-а! Купите еще воды, сладкой.
Вася и Саня тотчас взялись за карманы. На свет выбрались несколько скомканных бумажек.
– Хватит,- посчитал Ява и разлил остатки водки в стаканы.
Быстро выпили и без долгих сборов вышли в коридор. Дежурная аптека была довольно далеко и когда они вернулись домой, шел уже первый час ночи. Паша сидел там же и, смотрясь в небольшое зеркальце, давил прыщи на изодранном лице. Когда Саня с Васей зашли, он прохрипел:
– Ну что, сходили?
– Да,- выпалил Ява и юркнул в туалет.
Васек прошел в комнату и рухнул на матрац:
– Зае*ись ходить.
Вошел Саня, на ходу откупоривая бутылку.
Он до половины налил в два стакана, тут же схватил один и выпил. Вася, борясь с усталостью и разрывающей головной болью, подошел к столу и разом выпил водку из второго стакана. Закусил хлебом, помакав его в рассол из-под капусты.
– Ну что? Давайте,- сказал Рыжий, потер лицо ладонями и поднялся.