— А разве ты со мной не пойдешь в это ваше новое убежище?

— Пойду, но позже. К сожалению, мы еще очень многое должны успеть сделать за эту ночь.

Я дико расстроилась, когда он мне об этом сказал.

— Алиса, поверь, нет ничего на свете, что я желал бы больше, чем быть сейчас рядом с тобой. Но, к сожалению, дела обстоят так, что в данный момент у нас на счету каждые руки. К тому же, я приду к тебе, как только смогу.

— Ладно, только поцелуй меня еще разок.

На этот раз долго упрашивать его не пришлось. Несколько безумно приятных мгновений мы просто жадно целовались. Однако, и эти мгновения не могут длиться вечно, поэтому нам пришлось оторваться друг от друга и идти в назначенное место.

Не знаю толком, как там выглядела старая штаб квартира повстанцев, но новая была огромной и комфортной. Она состояла из двух частей: наземной и подземной.

Наземная часть была совсем маленькой и представляла собой небольшой одноэтажный домик, в котором могла уместиться одновременно лишь несколько человек. Эта часть служила прикрытием. Подземная же часть была гораздо больше, и я пока даже не успела ее всю изучить. Подземный дом насчитывал 4 этажа, каждый из которых имел свою функцию. На самых верхних, первом и втором этажах, располагались жилые комнаты. Большая их часть были очень маленькими и скорее напоминали кельи и предназначались для проживания одного человека. Те, что были побольше, предназначались для семейных пар, однако таких в нашем случае было совсем не много. Повстанцев вообще было крайне мало и это особенно читалось по количеству пустующих комнат.

Интересно, что в каждой комнате первого этажа в потолке было несколько маленьких окошек, которые пропускали дневной свет, однако, как мне сказали, обнаружить их снаружи было почти не возможно. (Почти, потому что они утверждали, что в мире нет чего-то не возможного. Что означало скорее: «Попробуй нас найди, если сможешь».) К тому же, когда в комнате зажигался искусственный свет, окошки автоматически закрывались, и обнаружить их снаружи оставалось не возможным. Там же, на этих этажах, располагались кухня, столовая, спортзал, комнаты отдыха, душевые и уборные. Я просто диву давалась величине этого подземного чуда.

Третий этаж был предназначен для работы, здесь располагались кабинеты, аппаратные, лаборатории.

На четвертом планировалось разместить весь секретный отдел. Что туда будет входить, мне не потрудились объяснить. Хотя, по-моему, существование этого сооружения и так настолько секретно, что делать еще один жутко засекреченный этаж даже смешно.

Когда под утро уставший Максим появился в одной из комнат Пентагона, как я в шутку назвала это здание, отведенной специально для нас, я сладко спала. Однако, стоило ему войти, сразу же проснулась.

Просыпаться от любого шороха я приучилась, пока была в плену у лорда Такиша, ныне Императора Запретного города, и еще не отвыкла быть всегда настороже. Стоит правда отметить, что без разрешения никто так ни разу и не появился на пороге моей комнаты. Однако, думаю Максим очень во время меня вызволил, потому что Император Ивар1 слишком прозрачно намекнул при последней встрече, что в скором времени собирается меня там навестить.

Проснувшись, я даже не сразу поняла, где нахожусь и не на шутку перепугалась, но мой синеглазый включил тусклый ночник, и я различила его знакомый и родной силуэт:

— Максим, это ты? — Все же спросила я.

— Да, милая. Почему ты не спишь?

— Я спала, но услышала, как ты пришел, и проснулась. — Я постаралась отделаться от липкого страха, который мне пришлось ощутить несколько секунд назад. — Как там дела с переездом?

— Почти все перетащили, только теперь это все нужно разместить здесь. Думаю, утром будет та еще кутерьма. — Ответил он раздеваясь и искоса поглядывая на меня.

— Это сооружение кажется огромным, как вы умудрились его отстроить в сложившейся ситуации и за такие короткие сроки?

— Ну, строить то мы его начали почти одновременно с тем, как ты появилась в Запретном городе. Об этом месте знали только я и отец, мы тогда решили, что не будем посвящать в это дело даже лорда Такиша, иначе сейчас нам было бы совсем туго. Стройка проходила в полной секретности. Все работы производились по поддельным документам, а строители за внушительную сумму дали свое письменное согласие на стирание памяти после выполнения работ связанных с этим проектом.

— Вот почему ты постоянно пропадал у своего отца в кабинете!

— Именно. Нужно было продумать многие вещи, такие проекты не делаются с бухты барахты. К тому же нам часто приходилось встречаться с различными людьми, которые помогали нам разрабатывать проект этого здания. Однако, никто из них не имеет достаточно информации, чтобы нас вычислить или даже понять что за сооружение они помогали создавать.

Повисла неловка пауза. Он уже почти разделся, в тусклом свете я видела, как бугрятся мышцы его рук, груди, живота… Потом он нерешительно застыл на месте. Пожалуй, я его понимала, потому что сама отчего-то испытывала непонятную неловкость. Мы так долго не виделись и столько всего еще должны были сказать друг другу… Но это все потом, сейчас я слишком сильно соскучилась, слишком сильно хотела ощутить тепло и защиту его рук. Поэтому откинула край одеяла и проговорила: