Хоффа стал его вторым клиентом. А единственным противником остался Роберт Кеннеди.

Он составлял документы для формальных представителей Хоффы в суде. Результаты подтвердили, что Литтел был действительно блестящим адвокатом.

Июнь 1961 года: второй приговор по делу Солнечной долины был признан недействительным. Составленные Литтелом документы и показания подтвердили, что имел место некорректный выбор членов большого жюри.

Август 1961 года: у большого жюри южной Флориды буквально выбили почву из-под ног. Литтел заставил суд признать, что доказательства по делу были получены путем провоцирования обвиняемого на уголовно наказуемое деяние.

Словом, он нашел работу.

Он бросил пить. Снял прекрасную квартирку в Джорджтауне и наконец полностью взломал кодировку бухгалтерских книг.

Цифры и буквы стали словами. Слова — именами собственными, которые надо было отследить по полицейской картотеке, навести справки в различных городах и весях, и перелопатить сотни ставших публично доступных финансовых документов.

На это ушло ровно четыре месяца. За это время он обнаружил имена знаменитостей, политических деятелей, лидеров оргпреступности, а также имена никому не известные. Он читал некрологи и сводки происшествий. Раза по четыре проверял каждое имя, дату и число и использовал перекрестные ссылки на все мало-мальски значимые факты. Оценивал имена и цифры — и использовал их для составления собственного портфеля ценных бумаг; в результате у него накопились впечатляющие сведения о некоторых финансовых коллизиях.

Ибо среди заемщиков центрального пенсионного фонда профсоюзов водителей грузовиков значились: двадцать четыре члена Сената США, девять губернаторов штатов, 114 конгрессменов, Аллен Даллес, Рафаэль Трухильо [43] , Фульхенсио Батиста, Анастасио Сомоса [44] , Хуан Перон [45] , ученые — лауреаты Нобелевской премии, наркозависимые кинозвезды, гангстеры-ростовщики, коррумпированные профсоюзные лидеры, светские львы и львицы с Палм-Бич, аферисты всех мастей, полоумные французские ультраправые со значительными земельными владениями в Алжире, а также шестьдесят семь жертв нераскрытых убийств — очевидно, бедняги, не сумевшие расплатиться по кредиту.

Основным кредитором и ключевым распорядителем средств был некий Джозеф П. Кеннеди.

Джулиус Шиффрин умер внезапно. Он мог почувствовать, что существуют займы, не отмеченные, так сказать, на карте транзакции средств фонда, — махинации, неведомые обычным мафиози.

Он мог развить догадку Шиффрина и воспользоваться ею. Он мог ухватиться за это дело со всей силой своей новехонькой воли.

Пять месяцев абсолютной трезвости позволили ему понять: ты способен на все.

Народ из Управления прозвал это место «Солярий U». Девочки в шортиках и топах на бретелях, когда до Рождества осталось всего пять дней — ей-богу.

Большому Питу нужна женщина. Опыт вымогательства желателен, но необяза…

Бойд спросил:

— Ты меня вообще слушаешь?

Пит ответил:

— Слушаю, и наблюдаю тоже. Интересно, но, честно говоря, пока что студенточки впечатляют меня больше, чем «Джи-эм вейв».

Они свернули и очутились между двух зданий. Здание учебного корпуса ЦРУ примыкало прямиком к спортзалу для девушек.

— Пит, ты меня…

— Ты говорил, что Фуло и Нестор могут заниматься нашим маленьким бизнесом самостоятельно. Еще — что Локхарт разорвал контракт с Управлением, чтобы организовать в Миссисипи собственную ячейку Ку-клукс-клана и стукачить федералам. Чак вернулся в Блессингтон, а мое новое задание — поставлять оружие Гаю Бэнистеру в Новый Орлеан. У Локхарта есть кое-какие знакомые, которые могут помочь мне в поставках оружия, а Бэнистер нахваливает своего кореша по имени Джо Мильтир, который вроде как связан с парнями из «Джона Берча» и минитменами [46] . У них, типа, до хрена бабок на оружие, и Мильтир передаст немного через контору такси.

Они прошли по затененной аллейке и присели на скамеечку, укрытую от солнца. Пит вытянул ноги и снова стал глазеть на спортзал.

— Хороший способ удержать уставшего слушателя.

Пит зевнул:

— «Джи-эм вейв» и вообще гребаная операция «Мангуст» — скукотища. Все эти вылазки на побережье, поставки оружия и наблюдение за группировками повстанцев — и подавно тоска смертная.

Бойд уселся верхом на скамью. Через две скамейки братались ребятишки из колледжа и зацикленные на кубинской проблеме ребята из ЦРУ.

— Ну, а каков тогда твой план идеального развития событий?

Пит зажег сигарету:

— Нам надо замочить Фиделя. Я — за, ты — за, и единственные, кто против, по-видимому, твои приятели — Джек и Бобби.

Бойд улыбнулся.

— Я начинаю думать о том, что нам придется это сделать в любом случае. Если нам удастся найти козла отпущения, которого мы и скормим органам правопорядка, то, очень вероятно, никто не подумает ни на Управление, ни уж тем паче на нас.

— То есть Джек и Бобби будут считать, что им просто повезло.