Люди что-то бормотали и мурлыкали про себя. Метра на три в высоту поднимались плакаты.

Первым должен был выступать Джек. Монетка была разыграна не в пользу Хэмфри — ему выпало выступать последним. Результаты Джека были в три раза выше результатов Хьюберта — словом, вот и вся избирательная кампания в Западной Вирджинии.

Горлопаны из профсоюза водителей грузовиков орали в мегафоны. Какие-то работяги несли плакат с мультяшным персонажем: Джек с клыками и в папской тиаре.

Кемперу пришлось закрыть ладонями уши — рев толпы был невыносимым. В мультяшном плакате появились прорехи от метко брошенных камней — это он подкупил мальчишек, чтобы те их бросили.

Вот-вот должен был появиться Джек. Отвратительная акустика и горлопаны Хоффы, конечно, помешают ему выступить как надо.

Впрочем, невелика потеря — все равно люди его увидят. Когда появится Хэмфри, толпа рассеется — в некоторых кабаках в центре будут раздавать бесплатную выпивку.

Выпивку Кемпера Бойда. Старый приятель угнал грузовик компании «Шенли» и продал ему содержимое.

На улице яблоку было негде упасть. Питер Лоуфорд под гоготанье монашек бросал в толпу булавки для галстука.

Кемпер смешался с толпой и стал наблюдать. В нескольких метрах от себя он вдруг заметил кое-кого, кого тут встретить явно не ожидал: Ленни Сэндса в сопровождении парня с типично бандитской рожей.

Тип показал Ленни большие пальцы рук: дескать, есть, отлично! Ленни ответил ему тем же.

Ленни уже не был членом предвыборного штаба. Словом, официальных обязанностей у него здесь быть не могло.

Бандюк повернул направо. Ленни стал пробиваться сквозь толпу влево и укрылся за стоявшими в ряд мусорными баками.

Кемпер последовал за ним. Постоянно на пути возникали и мешали продвижению чьи-то локти и колени.

Детишки из колледжа протолкнули его к тротуару. Он увидел Ленни в компании двух копов.

Рев толпы немного схлынул. Кемпер, присев на корточки, укрылся за мусорным баком и стал подслушивать.

Ленни достал пачку купюр. Один из копов выдернул оттуда несколько бумажек. Его приятель сказал:

— Еще за две сотни мы можем задержать автобус Хэмфри и пригласить ребят, чтоб перекрикивали его выступление.

Ленни сказал:

— Действуйте. Кстати, это чисто за счет мистера Джи, так что не стоит распространяться об этом членам официального предвыборного штаба.

Копы схватили всю пачку и стали протискиваться восвояси. Ленни прислонился к стене и зажег сигарету.

Кемпер подошел к нему. «Крутой парень» Ленни спросил:

— И что ты мне хочешь сказать?

— Да ты сам мне расскажешь, думаю.

— Что именно рассказывать?

— Заполни пробелы.

— Какие тут могут быть пробелы? Ты — человек Кеннеди, я тоже.

Ленни был мастером обходных маневров. По части невозмутимости Ленни значительно превосходил большинство его невозмутимых знакомых.

— Джианкана платил и за Висконсин, так? На те крохи, которые тебе дал Бобби, ты бы не сделал то, что сделал.

Ленни пожал плечами.

— Сэм и Хеш Рескинд.

— Кто их просил? Ты?

— Мой совет не так высоко ценится. И ты это знаешь.

— Говори, Ленни. Ты начал юлить, и меня это напрягает.

Ленни загасил окурок о стену:

— Синатра давно хвалился своим влиянием на Джека. Все вещал, что президент Джек будет не тем Джеком, что заседал в Маклеллановском комитете, если ты понимаешь, о чем я.

— И Джианкана этому поверил?

— Не совсем. Лично я полагаю, что, блин, это ты потворствовал Фрэнку. А именно твои достижения на кубинском фронте — они чертовски впечатлили народ, и все решили, что раз уж и тебе нравится Джек, то не так уж он и плох.

Кемпер улыбнулся:

— Я не желаю, чтобы Джек и Бобби об этом узнали.

— Так никто не хочет.

— Пока не придет время напомнить про должок?

— Сэм не верит в подобные напоминания. И кстати о «напомнить»: не дожидаясь, пока ты напомнишь мне, сообщаю: ни хрена я не выяснил о чертовых книгах пенсионного фонда.

Кемпер услышал шаги. Он увидел членов профсоюза водителей грузовиков — слева и справа; типов с велосипедными цепями, притаившихся в узком проходе.

Они смотрели на Ленни. Маленького Ленни, Ленни-еврейчика, Ленни — прихлебателя Кеннеди…

Ленни их не замечал. Крутой и невозмутимый Ленни был слишком увлечен своей ролью.

Кемпер сказал:

— Услышимся.

Ленни ответил:

— А то.

Кемпер быстренько ретировался. За своей спиной он услышал крики, свист прорезающих воздух цепей и глухие удары — словом, звуки классической атаки с двух флангов, излюбленной тактики дуболомов из профсоюза.