Но так же естественно Егор ощущал себя и в другом мире. Внутренне свободный, он воспринимал природу как продолжение собственной личности, мог месяцами находиться в тайге и тундре как дома, чувствуя себя совершенно комфортно и счастливо в полном слиянии с природой, понимал, знал и уважал коренные народы Севера, он разговаривал с ними на одном языке во всех смыслах.

И не было в его сознании и жизни воображаемой грани, разделяющей эти миры, он органично соединял их в себе, дополняя один другим – приобретая самую лучшую экипировку и снаряжение для своих экспедиций и охоты от известных мировых марок, зная и разбираясь в новых трендах и инновациях, пользовался прекрасным оружием именитых заводов.

И в то же время при ведении бизнеса опирался в том числе на свои уникальные умения и способности – обостренную интуицию, сверхвнимание к мелочам и частностям, потрясающее терпение и умение слышать, видеть и чувствовать гораздо больше других людей.

Вера стояла под душем и не могла перестать думать о том, что рассказал ей Каримец про Егора. Она вообще постоянно думала об этом мужчине.

Влад заснул после капельницы и целебной каши, утомленный долгим рассказом, Милка тоже спала, а Вере надо было собираться на работу, на вторую смену.

Обычно она делала это продуманно, без суеты, но сегодня ее мысли и чувства оказались настолько заняты, что все валилось из рук, Верочка забывала, куда и зачем шла, что делала. Единственное, с чем она справилась без проблем, это наведение порядка в кухне после вчерашнего «продолжения банкета» Милки и ее гостей – механическая работа не мешала думать, а как раз помогала этому процессу.

Вчера, высказывая свое королевское «фи» при расставании, она с удивлением наблюдала, как меняется его выражение лица. У входа освещение было намного ярче, чем в залах клуба, и Вера четко рассмотрела, как приподнялись вопросительно брови Егора и глаза сверкнули смехом. А когда произвела «контрольный выстрел», сказав про скучный секс, он стоял так близко, что она смогла рассмотреть даже небольшие морщинки в уголках его глаз и у губ, и совершенно отчетливо увидела, что Бармин еле сдерживает смех. И осознала, что абсолютно все неправильно сегодня про него поняла, выводы глупые какие-то сделала, и обвинить успела в грехах разных.

Как же так? Почему она ошиблась?

Он совершенно такой, каким она его узнала и почувствовала тогда, на исторической реконструкции, а не надменный циник, каким показался ей сегодня.

Но как же можно было так ошибиться и не понять другого человека?! А еще она на него обижалась где-то в глубине души, понимала это и давала себе немного попущения, убеждая себя, что обижается совсем чуть-чуть. За то, что не нашел ее, не связался за этот месяц и за то, что позволил вчера так нелицеприятно о нем думать и говорить и… и отпустил. Посадил в такси и отпустил. Ничего не объяснил. Даже телефона не спросил. Значит, она ему неинтересна. Просто так – понравилась, пофлиртовал с намеком на ухаживание, и все – неинтересно дальше.

Обижалась так по-женски. Совсем немного, но все же.

Но рассказ Влада, честно говоря, потряс Веру. Она осознала, насколько интересная, глубокая, яркая и неординарная личность этот Бармин, ей хотелось задать ему кучу вопросов и слушать, слушать. Утверждают, что больше всего на свете мужики любят рассказывать о себе и чтобы их слушали – она бы выиграла международные соревнования по слушанию мужчины, если бы о своей жизни рассказывал Егор Бармин, так ей было интересно.

«Запала я на него», – подумалось Вере совсем грустно, и она вздохнула тягостно.

Потому что это никому не нужно, и ей в первую очередь. Зачем переживать, страдать по недоступному, почти мифическому мужчине, ясно отдавая себе отчет, что между ними вообще ничего и никогда не может произойти. Две звезды из разных галактик – руководитель огромной области, богатый, властный человек, и простая медсестра с кучей проблем в рюкзаке жизни.

Да и спасибо, уже проходила такие страсти-мордасти и сердца разбитые. Больше не хочется. Хотя… тогда это было нечто другое. Совсем другое. Да и сердца-то не особо разбитые, если честно.

Конец июля. Жара несусветная. Утреннее метро наглухо забито мрачными, неулыбчивыми, потеющими людьми, больше всего мечтающими сейчас оказаться где-нибудь возле воды, а не в этом удушливом месте, плотно утрамбованными в вагоне.

Вере необычайно повезло – она успела сесть на освободившееся боковое место просто чудом. Ехать-то было не очень далеко, но из центра тоже в центр с пересадкой, да еще на самых переполненных станциях. Ну вот села у двери и подумала, как удачно день начинается, раз повезло так.

Больше месяца прошло с Милкиного дня рождения, Егор Бармин так и не проявился никоим образом в ее жизни. Да и Верочка понимала, что это по-настоящему невозможно. Да и зачем? Для чего-то серьезного ему она не нужна, это понятно. Таким мужчинам для жизни требуются роскошные светские женщины, а не медсестрички с самодельным маникюром. А для чего-то легкого и чисто физического у него есть другие дамочки, гораздо более раскрепощенные сексуально и эмоционально, чем она. И потом, что у них на фиг может быть? Он на Северах руководит, она в Москве деньги зарабатывает? Это даже не смешно, это просто не обсуждается.