Похоже, мы вообще обречены на судьбинную причастность своему народу, даже когда сильно этого не хотим. Даже когда "мухлюем" и пытаемся ускользнуть, даже, когда меняем веру. Кто-то из американских приятелей рассказывал мне о некоем еврее, который пытался пробраться в Америку не по еврейской линии, а по линии - говорят есть такая - "преследуемых христианских сект". В анкете, которую заполняют члены таких сект, есть графа, определяющая религиозную принадлежность, где обычно пишут - "брат во Христе". Наш претендент тоже написал "брат во Христе"...

Потом, видать, задумался, а может, просто зачесалась его еврейская совесть, и он добавил в скобках: "двоюродный"...

И вот живешь ты "среди своих", живешь, живешь... проходя разно- образные стадии этого процесса - от умилительного припадания к корням и истории, через естественное отталкивание от пороков, от которых несвободен любой народ и, в том числе, твой собственный, через смирение - к горькой домашней любви к тому, что есть...

Среди своих - ругаешь ругательски все, на что глаз посмотрит. Среди чужих - зорко следишь и ревниво отцеживаешь тончайшие интонации в беседе: нет ли обиды, насмешки, осуждения...И если учуешь - как вспыхивает это яростное "не трожь!", это желание защитить, оправдать, оправдать, во что бы то ни стало, даже когда обвинения справедливы!

Послевкусие от долгой любви - грустная усталость...

И даже смеяться уже хочется только над своими.

Наверное, старею...