— Да, его там нет, — согласился он. — Но я ношу значок не каждый день.

— Почему? — спросил Петров.

— Ну, надел другой костюм, — стал объяснять Филатов, — а значок перекалывать лень. Или забыл. Так и хожу. Меня и так все знают.

— А если не знают?

Филатов посмотрел на него с сомнением. Следователь был едва ли не первым, кто сказал о такой возможности. Обычно все, кто смотрел хоть иногда российское телевидение, знали Вождя и его правую руку — Александра Филатова.

— А на этот случай, — сказал Филатов, — у меня есть депутатское удостоверение. Оно всегда со мной.

Петров промолчал и стал вертеть на столе ручку.

— А откуда он у вас? — спросил Филатов, имея в виду значок.

Следователь проигнорировал его вопрос. Он усиленно думал.

— Вас в последнее время не грабили? — спросил Петров.

— Меня? — удивился Филатов. — Нет.

— Не обворовывали?

— Да не же!

— Я бы вам советовал проверить дома, не взломаны ли дверные замки или задвижки на окнах.

— Проверю, — кивнул Филатов.

Ему стало смешно от предположения, что его дом в охраняемом коттеджном поселке могли обокрасть. Простому воришке делать там было нечего.

— Так вы не ответили на мой вопрос, — произнес Филатов. — Как у вас оказался мой значок?

Следователь молча достал из папки фотографию и подвинул к нему:

— Вам знаком этот человек?

Филатов взглянул на нее, и у него едва не вырвалось «да».

— Нет, — сказал он, — не знаком.

На фотографии был изображен водитель автомобиля, подвозившего его из Пожареваца в Белград. Хоть он видел того сзади и вполоборота, а фотография была сделана анфас, сомнений быть не могло.

— Значок был у него, — сообщил наконец Петров то, что Филатов и так уже знал.

— Да? — для вида удивился Филатов. — А он сам что говорит?

— Уже ничего, — вздохнул Петров.

— В каком смысле? — спросил Филатов.

— Он погиб.

Час от часу не легче.

— Как это случилось? — спросил пораженный Филатов.

— Попал под машину.

— А кто он вообще такой?

— Гражданин Сербии, албанец по происхождению. Находился в международном розыске по подозрению в террористической деятельности. В Москве пребывал нелегально.

— Можно подробнее?

Петров поморщился. Видно было, что ему не очень приятно говорить об этом, но он в конце концов решился и махнул рукой:

— Его задержали, а он вырвался и кинулся бежать. Видя, что его нагоняют, метнулся через дорогу. Движение там сильное, бежал он наискосок и добежал примерно до середины проезжей части, а потом его сбила машина. Он умер на месте.

— Где это было?

— На Таганской площади, напротив театра.

Филатов представил себе то место и понял, что перебежать его шансы у албанца были весьма небольшие. Говорить больше было не о чем.

— Понятия не имею, как у него оказался мой значок, — сказал он и встал. — Если это вообще подлинный значок, а не подделка.

— Что-то я раньше не слышал, чтобы их подделывали, — заметил Петров и тоже встал.

— Удостоверения офицеров ФСБ и то подделывают, — парировал Филатов, — а тут простой депутатский значок.

— Все же будьте осторожнее, — напутствовал его Петров. — Это был непростой тип, за ним числилось много чего.

— Буду, — пообещал Филатов.

— Значок вам сейчас вернуть не могу, — сказал на прощание Петров, — это вещдок.

Филатов только махнул рукой.

Визит к следователю дал ему обильную пищу для размышлений. Значит, эта «сладкая парочка» из «вольво» выполнила свое намерение и по крайней мере один из них побывал в могиле Слобо. Подобрал там его значок и приехал с ним в Москву. Зачем? Специально к нему? Вряд ли. Скрываясь от сербской полиции? Уже теплее. Был ли он в розыске во время похорон или попал в него недавно?

Но значок-то ему зачем? Ясно, что он не пытался найти по нему Филатова. Мол, вы тут обронили, а я нашел, пожалуйте мне сто долларов за труды. Может, он возлагал на значок какие-то надежды, думал, что тот откроет перед ним некоторые двери? Значок, конечно, может открыть, но только не сам по себе, а вместе с удостоверением и еще массой других дополнений. Так что надежды албанца тут были беспочвенными.

Ладно, это бог бы с ним, размышлял дальше Филатов. Главное, что ему удалось увидеть в могиле? Вариантов три: гроб пуст, в гробу лежит не тот, в гробу лежит тот. И знает ли сербская полиция, что там побывал этот тип? Здесь только два варианта: знает или не знает. Перемножив одно на другое, получим шесть возможных комбинаций. Что это нам дает?

Филатов обдумал каждую и понял, что ни одна из них для него ничего не меняет. То, что знал этот тип, он унес с собой в могилу. То, что знает сербская полиция, она не скажет никому. Чтобы что-нибудь узнать, нужно проводить собственное расследование, но на это требуются время, силы и деньги.