– Правда, у тебя есть еще один способ избежать всего этого, – вдруг загадочно усмехнулся Себастьян. – Как поживают твои генетические эксперименты? Ты сумела создать клон Хуана Четвертого?

Эти слова прозвучали для Леи как гром среди ясного неба. Их-то услышать она не ожидала, потому получила встряску, сравнимую с электрическим разрядом. Пожалуй, ради этих слов стоило унижаться и выслушивать футуристический бред.

Она подобралась, чувствуя, что внутри ее воцарилось каменное спокойствие. Генетика – ее стихия, ее жизнь, и она не позволит Себастьяну лезть сюда.

– Глупый вопрос, Себастьян! Конечно создала! – весело парировала она, удивленно закатывая глаза. – Твоя разведка не сообщила тебе об этом? Ты точно уверен, что она лучшая на свете?

«И все-таки я сильнее», – пронеслось у нее в голове, когда братец растерялся. На какую-то долю секунды, но этого было достаточно. Унижение, привычку подчиняться, не смыть годами и не перебороть. Они навсегда останутся внутри тебя, пусть ты станешь со временем самим повелителем Вселенной. При виде господина, человека, привыкшего повелевать тобой ранее, рука все равно сама собой дрогнет. Дрогнул и Себастьян.

– Вот и хорошо, – попробовал выровнять ситуацию он, но было поздно. Вместо уставшей разбитой женщины, которую он видел минуту назад, перед ним вмиг очутилась привычная жестокая стерва. – Значит, у тебя остался козырь в рукаве.

– У меня всегда есть козыри, Себастьян. Я же женщина! – Она скромно потупила глаза.

Император снова откинулся назад и попытался перейти в новую словесную атаку:

– Интересный ход, сестра, неожиданный. Как раз в духе женщины. Ты сажаешь на трон вместо себя кровожадного тирана, точную копию легендарного земного императора прошлого, и он выводит Венеру из надвигающегося кризиса. Как он это сделает – не знаю, – он пожал плечами, – но это клон великого человека, что-нибудь да придумает. Подозреваю, при этом прольется много крови, и человечество в который раз вспомнит, и что такое концлагеря, и что такое создание новых искусственных рас, но какая разница, если речь идет о благе государства? Сколько лет ему должно в этом году исполниться? – глаза императора прищурились. – Двадцать?

Лея не ответила.

– Золотой возраст для великих людей!

Лея вновь промолчала, но теперь на губах у нее играла непробиваемая улыбка. Он понял, что разговор окончен – большего не добьется.

– Мне интересно только, как ты его назовешь? – усмехнулся он. – Как оригинал, Хуаном Четвертым? Но на троне Венеры не было мужчин, и тем более Хуанов. Получается, Хуаном Первым?

– Пятым, Себастьян! – воскликнула Лея.– Ты забыл, после прихода к власти династии Давила, Венера признала преемственность своего королевского дома императорскому дому Веласкес. Я назову его Хуан Пятый. И, действительно, что значат несколько десятков концлагерей по сравнению с благом государства?

– Великолепно, сестра. – Император через силу выдавил улыбку, заканчивая разговор. – Я с удовольствием посмотрю на результаты твоих изысканий, что они из себя представляют. И даже обещаю не смеяться. Но лет через пять с удовольствием жду тебя в гости с планом передачи власти без крови и с сохранением репутации. Или его – но то уже разберетесь сами, это ваш клан.

Последнее предложение прозвучало с убийственной серьезностью, и оттого на фоне итога разговора смотрелось комично.

– До встречи, – вздохнул император.

– До встречи, Себастьян, – скупо кивнула Лея. – Думаю, до этого момента мы еще не раз увидимся.

Император поднялся, дотронулся до ее руки губами, после чего развернулся и нервно зашагал к своей свите, ожидающей за периметром кафешки. Лея скривилась вслед:

– Сволочь!

Створка шлюза почти бесшумно поехала вверх. Она как раз подносила ко рту бокал с очередной порцией ядреного пойла, как из-за спины раздался твердый уверенный хорошо знакомый голос:

– Это стремно, надираться в одиночку, Принцесска. Не могла найти компанию?

Она обернулась.

– Боюсь, сегодня мне нужно надраться именно в одиночку. И кстати, эта паршивка Васильева мне только что об этом сказала прямым текстом.

Гарсия засмеялась.

– Так прямо и сказала?

Лея, по русской традиции не ставя поднятый для пития стакан на место, а держа в руке, обошла диван и села.

– Нет. Но намекнула, что пить нужно только с тем, кто подходит тебе по статусу. А на Земле в данный момент нет никого, кто подходил бы мне по статусу и с кем бы я хотела выпить. Одна ты – но ты во-первых на службе, и сама ввалишь мне, если я предложу, а во-вторых, ты сейчас улетаешь.

– Куда?

Гарсия удивленно закатила глаза, подобралась, подошла и села в кресло напротив, показывая, что вся во внимании.

– На Венеру. Отвезешь послание.

Пауза.

– Какое?

Елена всячески пыталась не подать вида, что удивлена, а она была удивлена. Но она слишком хорошо знала Лею, чтобы понимать, что это не шутка. Такие финты в духе ее Принцесски.

– И кому?

– Сереже. Устное.

– Это связано с переговорами? – прищурились глаза старой подруги. Лея кивнула.