Превратности судьбы не нужно принимать слишком близко к сердцу. Яо Фу говорил: «Тот, о ком прежде говорили, что это я, ныне уже другой. А я, о котором еще не знают сегодня, станет неизвестно кем в будущем». Тот, кто будет всегда помнить эти слова, сможет освободить свое сердце от всех пут и оков.

Тот, кто, не зная ни одного иероглифа, изведал поэтическое настроение, постиг истинный смысл поэзии. Тот, кто не выучил ни одной гатхи, но проникся духом чань, познал суть чаньского учения.

Пусть тело будет подобным отпущенной с привязи лодке, которая то плывет по течению, то застревает в затонах. Пусть сердце будет подобным засохшему дереву, которому не грозит, что его будут резать ножом или покрывать лаком.

Услыхав пение соловья, люди улыбаются, а услыхав кваканье лягушек, морщатся. Когда они видят цветок, им хочется ухаживать за ним, а когда они видят чертополох, им хочется вырвать его. Это значит, что они судят о вещах по их видимому облику.

Если чиновник в высокой шапке и с широким поясом увидит, что простолюдин в соломенной накидке и бамбуковой шляпе живет счастливо, он ему позавидует. Если богач, восседающий на толстых коврах и широких подушках, однажды увидит, что ученый, сидящий за грубым столиком под бамбуковым навесом, живет в покое, он, наверное, захочет быть таким же. Для чего же люди «гонят огнем быков и пускают лошадей по воздуху»?

Горевать о том, что выпадают волосы и редеют зубы, значит верить умиранию обманчивой видимости. Слышать, как поют птицы, и видеть, как распускаются цветы, значит постичь истинную природу всего сущего.

Тот, кто много накопил, многого лишится. Поэтому умудренность богача не сравнится с неведением бедняка. Тому, кто взобрался высоко, будет больно падать. Поэтому опытность знатного человека не сравнится с невозмутимостью простолюдина.

Обуздывая желания, познаешь страдание жизни. Полагаясь на естественность, познаешь радость жизни. Когда узнаешь, что в жизни можно страдать, разбиваешь оковы грязных страстей. Когда узнаешь, что в жизни можно радоваться, зеркало мудрости само предстанет воочию. Так познается истинная ценность всех вещей в этом мире.

Когда читаешь «Книгу Перемен» у окна в рассветный час, видишь, как роса на соснах вспыхивает каплями киновари. Когда беседуешь о канонах за столиком в полдень, слышишь, как звуки каменных пластин откликаются шорохом ветра в зарослях бамбука.

Цветок, поставленный в вазу, уже не будет жить. Птица, посаженная в клетку, уже не насладится волей. А вот в горах цветы, как попало растущие на лугу, пленяют своей красотой, а птицы, привольно кружа в небесах, находят в этом неизбывную радость.

Если где-то есть счастливая страна, наперекор ей тут же появится страна несчастий. Если есть красивый вид, против него непременно возникнет уродливый пейзаж. Только если довольствоваться обыкновенной пищей и любоваться невидными красотами, можно жить в покое и радости.

Из высокого окна можно видеть, как облачная дымка кутает голубые горы и изумрудные потоки – так постигаешь совершенство мира. В бамбуковой роще можно слышать, как пение птиц приветствует и провожает времена года – так познаешь взаимное забытье себя и мира.

Если знать, что успех сулит поражение, то жажда успеха не будет слишком сильной. Если помнить, что все живое смертно, потребность беречь себя не отнимет слишком много сил.

Когда в тишине до слуха доносится шум сосен в лесу и журчание ручья среди камней, постигаешь безыскусную музыку Неба и Земли. Когда видишь луг, утопающий в тумане, и облака, плывущие в воде, словно развертываешь живописный свиток природы.

Если в сердце не гуляют ветер и волны, то, где бы ты ни был, тебя будут окружать голубые горы и зеленые рощи. Если ты поймешь, что небесная природа все поддерживает и вскармливает, то повсюду вокруг тебя будут плескаться рыбы и парить птицы.

Могущественные люди горделивы, как драконы. Честолюбивые люди воинственны, как тигры. Если хладнокровно взглянуть на них, они предстанут муравьями, суетящимися вокруг падали, или мухами, слетевшимися на запах крови. Суждения о правде и неправде встают, как рой пчел. Мнения о приобретениях и утратах топорщатся, как иглы ежа. Хладнокровно отнесшись к ним, их можно соединить, как металлы сплавляются в плавильном котле или снег растапливается в горячей воде.