– Без проблем, – Клименко устало прикрыл глаза. – Кто звонил? Что-то важное?

– Ну, как сказать… – Гуськов ткнул в экран, выбрал «иконку» СМС и открыл «входящие». – Вот… сообщение пришло. Абонент подписался… Козерогом.

– Кем? – Клименко открыл глаза и удивленно взглянул на Гуськова.

Как показалось Алексею, удивление во взгляде майора было искренним.

– Козерогом, – Гуськов пальцами изобразил кавычки.

– Не понимаю. Что это значит?

– Я тоже хотел бы понять.

– Шутка, что ли? – Клименко испытующе уставился на Гуськова. – Ты настроение решил мне поднять?

– Несмешная шутка, – заметил Гуськов. – Он свидание тебе назначил.

– Я о том же, не смешно, – Клименко вдруг закашлялся и скривился. – И что… ты ответил?

– Пока ничего, – Гуськов подбросил айфон на ладони. – А что надо было ответить?

– Алексей, хватит, – хрипло попросил Клименко. – Ты же понимаешь, если это не чей-то прикол, то подстава. Чистой воды.

– Понимаю, но уж прости, Глеб, поверить тебе на слово не могу.

– Пипе-ец, – Клименко протяжно выдохнул и снова поморщился. – Нет у меня объяснений. Думай, что хочешь. А еще лучше позвони этому «Петросяну». И объясни, что с юмором у него что-то напутано. Я бы сам, но…

Клименко поднял забинтованные руки.

– Годится, – Гуськов усмехнулся и ткнул в строчку «Вызов».

– Постой, – вдруг встрепенулся Клименко, – ты серьезно его вызываешь?

– А что? – Гуськов пожал плечами. – Что терять?

– Ну, не знаю, – Клименко хмыкнул. – Обычно такие вещи пробиваются через технарей, устанавливается местонахождение абонента… и так далее.

– Вызвал уже, поздно дергаться, – Гуськов поднес айфон к уху.

– Сорвется рыбка с крючка, – Клименко судорожно вздохнул и опять поморщился. – Что-то мне, как тому лосю… все херовее и херовее… несмотря на лечение. Все-таки поспешил ты, Алексей Борисович.

– Странно… – Гуськов хотел ему что-то ответить, но вдруг замер, – я-то думал, абонент будет недоступен…

– Тихо! – вдруг прохрипел Клименко. – Слышишь?!

– «Нокиа» звонит, – Гуськов убрал телефон от уха. – Рядом где-то… в коридоре, что ли?

– Гуськов, это… – Клименко дернулся, словно пытаясь сесть на кровати, но снова закашлялся и рухнул обратно. – Это… он!

Гуськов и не подозревал, что еще способен настолько быстро стартовать. Он пулей вылетел из палаты и сразу же бросился влево, к дальней лестнице. Именно с той стороны доносилась старая фирменная мелодия «Нокиа».

Как только Гуськов вылетел из палаты, мелодия оборвалась, но майор успел убедиться, что источник звука находится поблизости, а еще он засек владельца звонившего телефона. Похоже, это был тот самый посетитель, с которым он разминулся на пороге палаты Клименко.

«Что ж получается, Глеб соврал, что незнаком с Козерогом? Надеялся, что я не проверю или что этот гад успел уйти достаточно далеко? Видимо, так. Ладно, разберемся! Клименко никуда не убежит, так что сначала побеседуем с его приятелем».

– Гражданин, попрошу остановиться! – в меру громко, со скидкой на поздний час, но так, чтобы незнакомец услышал, приказал Гуськов.

Человек коротко оглянулся и тут же ускорил шаг. До лестницы ему оставалось совсем немного. Раз-два – и вниз.

– Гражданин! – Гуськов повысил голос.

Гражданин не отреагировал. Зато отреагировала медсестра на посту, который располагался почти посреди коридора. Она поднялась, возмущенно округлила глазки и громко зашептала:

– Товарищ, тише! Ночь же! Люди спят!

Сестричка была далеко не юная, но крайне симпатичная, и Гуськов почему-то решил, что именно из-за нее предполагаемый Козерог, на свою беду, задержался в госпитале чуть дольше, чем следовало. Что ж, даже мелкий штришок к портрету никогда не бывает лишним. Профессиональная привычка подмечать детали и заранее прокачивать варианты, «Как будем раскалывать?», сработала и сейчас.

«Мимо бабы не прошел, значит, не профи. Расколется на раз. Только ствол понюхает – сразу треснет, даже бить не придется. Тоже мне, навигаторы, спасители человечества от Апокалипсиса и злобных спецслужб! Дети малые, честное слово!»

– Стоять! – промчавшись мимо медсестры, Гуськов выхватил из кармана пистолет. – ФСБ! Стой, или буду стрелять!

Беглец снова никак не отреагировал. Все тем же быстрым шагом он дошел до лестницы, а затем вдруг по-мальчишески уселся на перила и съехал вниз. Ну точно как школьник на переменке.