– Сколько народу здесь живет? – поинтересовался Грег. – Человек пятьдесят?

Йен невольно хихикнул.

– Побольше все же! Пару тысчонок.

Вообще-то он явно занижал достоинства Хардвуда. Город обслуживал и близлежащие фермы, и городки поменьше, да и в нем самом народу хватало, даже школа своя имелась, хоть и небольшая. И новая клиника рядом с домом дока Шерва, с отделением неотложной помощи, причем одним-единственным между Томпсоном и Гранд-Форкс.

Аэропорт представлял собой всего-то парочку ангаров и асфальтовую взлетку, растрескавшуюся и поросшую сорняками. С воздуха она выглядела совсем короткой.

– Сколько она длиной? – не выдержал Йен.

Грег мельком взглянул на таблицу у себя на коленях.

– Две тысячи триста футов. Хватит.

– Ты сумеешь там сесть? – Полоса казалась короче некуда.

– Сесть? – фыркнул Грег. – Сесть – не проблема. Вот взлет – дело другое. Тяжко взлетать в жарищу с полным грузом, если за бортом – полный штиль и бак под завязку; а здесь прохладненько, за штурвалом не кто-нибудь, а я, да в баках галлонов сорок-сорок пять, и встречный ветер узлов пять-десять. Запросто.

Он предложил Йену «альтоид». Тот покачал головой – не любил их, жестковаты. Перед тем как закрыть коробку, Грег решил кинуть себе в рот парочку мятных пастилок, да промахнулся, и все они оказались у него на коленях.

– Есть два типа пилотов, – произнес Грег, потянувшись к рычагу выпуска шасси и нетерпеливо постукивая по трем зеленым лампочкам – когда же они загорятся, – те, которые уже садились на брюхо, и…

– И те, которые не садились?

– Не-а. Те, которым это еще предстоит, – сострил Грег, сбрасывая газ. – Вот поэтому-то им приходится чаще думать о страховке – не мудрено при убирающихся шасси. Нет, смотрятся они прилично… – Он опустил нос, потом снова чуть задрал вверх, одновременно еще убрав газ. – А мы, стало быть… садимся.

Машину тряхнуло, и она побежала по неровному асфальту.

Грег уже почти остановил самолет, но потом развернулся и заглушил двигатель. После жуткого рокота тишина в кабине оглушала.

– Вроде все, как надо, – ухмыльнулся Грег.

Йен уже успел отстегнуть ремни и открыть дверцу. Она подалась неожиданно легко. Забавные они, эти маленькие самолетики металлическая обшивка не толще стенки пивной банки. И как она, такая тонюсенькая, все выдерживает?

А может, подумал Йен, и со мной похожая история? Мысль эта вызвала невольную улыбку.

Йен выбрался из кабины на крыло и уже оттуда слез на асфальт. Грег привычно спрыгнул вслед за ним.

Йен, облегченно вздохнув, обошел самолет и остановился у дверцы в пассажирский салон. Какая-то несерьезная дверь, прямо автомобильная, Йен даже взялся за ручку с опаской – не сломать бы ненароком!

Грег влез внутрь салона и извлек оттуда неуклюжие черные кожаные сумки Йена, сделанные специально, чтобы их без труда можно было запихнуть под сиденье или закинуть на багажную полку. И мешок из грубого брезента для клюшек для гольфа – Йен носил в нем свои фехтовальные принадлежности.

– Хочешь, посижу тут и присмотрю за барахлишком, пока ты смотаешься до города и одолжишь у кого-нибудь тачку? – осведомился Грег. – Прогуляешься, а то что-то никто тебя не встречает.

Йен покачал головой:

– Нет. Брошу сумки куда-нибудь в тенек, к ангару, и пойду. – Интересно, как же быстро он усвоил обычаи маленьких городков! Полгода назад ему бы и в голову не пришло оставлять сумки без присмотра – это все равно что бумажник свой оставить. – Не надо меня ждать, если только ты не передумаешь и не захочешь поужинать. Жареные цыплята и бисквиты у Карин Торсен – объедение!

У Йена слюнки потекли, стоило ему представить, как зубы впиваются в хрустящую кожицу и в сочную курятину под ней. Может, этих цыплят пшеном откармливали на ферме у Хансенов, а может, Карин знала какие-то особые приправы, а может, все это просто колдовство.

Тьфу, ерунда. Готовила она вкусно, но если бы даже и переварила цыплят до состояния безвкусной резины, ему все равно не терпелось бы поужинать.

– На ужин можно было бы и остаться, да надо самолет пригнать назад. – Грег плотно притворил дверцу, после чего ласково шлепнул по ней. – В другой раз, ладно?

– Ладно, чего уж. – Йен достал бумажник. – На сколько там бензина нагорело?

– Так… – Грег поморщился. – Обычно мы сжигаем тридцать два, ну, тридцать три галлона за полет. Поправка на встречный ветер, всего часа полтора, да галлонов двадцать пять назад. Я могу воспользоваться карточкой моей компании и купить по два бакса за галлон.

– Спасибо тебе. – Йен вытащил из бумажника восемь двадцаток и подал ему. – В следующий раз, когда буду возвращаться, за мной ужин.

– Придется поверить. – Грег сунул деньги в карман джинсов и стал забираться в кабину, закрыв за собой дверцу. – Ты поосторожней, – бросил он Йену уже из окна. Затем пристегнулся, прокричал «от винта!», прикрыл форточку и запустил двигатель.