Остановившись на крыльце, Гарсия сдернул с головы капюшон. Его длинные волосы были стянуты сзади резинкой. Видно было, что и он заметил приехавшего напарника.

Не отвечая на вопросы возбужденных репортеров, Хантер показал свой жетон офицеру, стоящему перед полицейским ограждением, и нырнул под желтую оградительную ленту.

В таких городах как Лос-Анджелес репортеры становятся просто одержимыми, когда дело касается преступлений, совершенных с особой жестокостью. Большинство из этой братии хорошо знали Хантера в лицо, а также понимали, что по пустякам его вызывать не будут. Они, заглушая друг друга, выкрикивали свои вопросы, но так и не получили на них ответы.

— О плохих новостях быстро узнают, — сказал Гарсия, кивая в сторону орущей толпы. — А эта новость станет сенсацией.

Вытянув полиэтиленовый пакет с чистым комбинезоном из тайвека, он протянул его напарнику.

— Что стряслось? — открывая пакет, поинтересовался Хантер.

— Жертва из судейских, — пояснил Гарсия, — мистер Деррик Николсон. Когда-то работал окружным прокурором в нашем штате.

— Просто замечательно!

— Он был уже на пенсии.

Хантер расстегнул змейку комбинезона.

— Врачи диагностировали у него рак легких, — продолжал тем временем Гарсия.

Напарник бросил на него вопросительный взгляд.

— Он уже и так стоял одной ногой в могиле. Кислородные маски… Не мог передвигаться без посторонней помощи… Четыре месяца назад врачи утверждали, что больше полугода ему все равно не протянуть.

— Сколько ему было лет?

— Пятьдесят. Ни для кого не было секретом, что он умирает. Зачем в таком случае мочить старика?

Помолчав, Хантер спросил:

— Его действительно убили?

— Без сомнения…

Гарсия провел напарника через входную дверь в прихожую. Рядом с дверью виднелась клавишная панель охранной сигнализации. Хантер бросил на напарника многозначительный взгляд.

— Она не была включена, — проинформировал его Гарсия. — Как я полагаю, сигнализация нужна была ему просто для вида…

Хантер скорчил недовольную гримасу.

— Знаю, — продолжал Гарсия, — но именно так, судя по всему, думал покойный.

Они пошли дальше.

В гостиной двое судебных экспертов сметали что-то со ступенек лестницы у стены.

— Кто нашел тело? — спросил Хантер.

— Сиделка убитого, — ответил Гарсия, указывая рукой на распахнутую дверь, через которую можно было попасть в просторный кабинет.

Там, на большом кожаном диване, выполненном в стиле честерфилд, сидела одетая в белое девушка. Ее волосы были стянуты на затылке. Глаза опухли и покраснели от слез. Обеими руками она сжимала чашку с кофе. Взгляд — далекий и растерянный. Хантер заметил, что девушка чуть-чуть покачивается всем телом вперед-назад. Определенно, она еще не оправилась от шока. Рядом с ней сидел полицейский в форме.

— С ней кто-нибудь разговаривал?

— Я, — кивнув головой, сказал Гарсия. — Мне удалось вытянуть из нее несколько слов, но она, сам видишь, в каком состоянии. Удивительно было бы обратное. Попробуй поговорить с ней, но позже. Ты в этих делах лучше смыслишь…

— Она была здесь в воскресенье?

— Девчонка приходила сюда только по выходным, — прояснил ситуацию Гарсия. — Ее зовут Мелинда Уоллис. Она учится в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса. Скоро станет бакалавром по сестринскому делу и уходу за больными. Эта работа — часть ее преддипломной практики. Мелинда получила это место через неделю после того, как врачи поставили мистеру Николсону диагноз.

— А кто присматривал за ним в будние дни?

— За мистером Николсоном ухаживала, — расстегнув змейку, Гарсия извлек из-под комбинезона блокнот и прочел, — Эмми Доусон. Она не студентка, а дипломированная медсестра. Эмми Доусон следила за состоянием здоровья больного. К тому же к мистеру Николсону каждый день приезжали его дочери.

Брови Хантера вопросительно поползли вверх.

— Они пока не давали о себе знать.

— Значит, убитый жил один?

— Ага. Его жена погибла в автомобильной катастрофе два года назад. Ей было сорок шесть лет. — Гарсия сунул блокнот обратно во внутренний карман пиджака. — Труп наверху.

Детектив начал подниматься вверх по лестнице.

Хантер шел за ним, стараясь не мешать работе судебных экспертов.

Лестничная площадка второго этажа напоминала, скорее, комнату ожидания: два стула, два кожаных кресла, небольшая книжная полочка, журнальный столик и сервант, украшенный фотографиями в стильных рамках.

По полутемному коридору детективы проследовали вглубь дома. Четыре спальни и две ванные комнаты. Гарсия довел Хантера до последней двери справа и остановился.