Не успела она оглянуться, как опять оказалась под открытым небом перед Херстедвестером, опять смотрела на высокие стены и колючую проволоку, опять гадала, чего стоят обещания, сделанные из-за решетки.

Брикс размышлял над протоколом последнего допроса Стига Драгсхольма, мужа убитой женщины, когда из Гедсера вернулся Странге. Он поднял глаза от бумаг.

— Извините, — произнес Странге. — Лунд отказалась. Похоже, она там неплохо прижилась.

— Прижилась? — переспросил Брикс удивленно. — Лунд?

— Ну, может, я ее совсем не знаю… Но мне показалось, что с ней все в порядке. Как тут дела?

Брикс нахмурился. У Странге зазвонил телефон.

— Нет, — сказал он. — Шеф занят. Я могу вам помочь? — Он по-мальчишески широко улыбнулся. — А, Лунд? Значит, вы передумали. Я так и знал.

Брикс щелкнул пальцами, требуя телефон.

— Если вы по-прежнему считаете, что я могу помочь, — сказала Лунд, — то сегодня я буду в городе, у сына день рождения. Это единственная причина, по которой я покидаю Гедсер. Но раз уж так получается, я могла бы заодно посмотреть материалы. Если вы действительно этого хотите.

— Я бы не просил вашей помощи, если бы не нуждался в ней.

Долгая пауза.

— Почему? — спросила она наконец.

Она не изменилась. Тот же ровный, монотонный голос, те же неприятные вопросы.

— Приезжайте, и тогда поговорим.

Он услышал в трубке автомобильный сигнал, потом Лунд проговорила:

— Мне пора.

На этом разговор закончился. Странге посмотрел на него.

— Так она приедет?

— Приедет, когда и если сочтет нужным. По-другому с ней не бывает. А от мужа мы так ничего и не добились. Не знаю, в том ли вообще направлении мы…

Он отвлекся, чтобы взглянуть на фигуру, показавшуюся в конце длинного коридора, отделанного черным мрамором, с бронзовыми светильниками в форме факелов по стенам. Лунд. Она шла своей четкой, по-мужски размеренной походкой человека, у которого есть цель.

Два года. В управлении за это время все переменилось. Больше не было того тесного кабинета, где они ютились вдвоем с Майером. Отдельные помещения сменило открытое пространство. Его заполняли люди. И те из них, кто когда-то работал вместе с Лунд, не испытывали к ней теплых чувств, судя по взглядам, на которые она наталкивалась, шагая через отдел убийств.

Женщина, изгнанная им в Гедсер, приблизилась и встала напротив. Присутствия Странге они словно не замечали.

— Наверное, мне не следовало приезжать, — сказала Лунд.

— Просто ознакомьтесь с материалами, ладно? Какой от этого может быть вред? Я заплачу вам. За каждый час, который вы проведете здесь. Нам нужно…

Она делала то же, что всегда: смотрела вокруг, все подмечала, оценивала перемены.

— Раньше здесь было лучше.

— Ваше мнение об интерьере мне не требуется.

Брикс обратился к Странге:

— Найдите Лунд место. Предоставьте ей материалы по Минделундену. — Он посмотрел на Лунд. — Прочитайте все.

Это ее вполне устроило.

— Потом, — продолжал Брикс, — я хочу показать вам кое-что.

— Я сказала, что ознакомлюсь с материалами. И все.

— Мне нужно…

— У меня один день. Завтра я возвращаюсь в Гедсер.

— Убита женщина, Лунд. С особой жестокостью. В деле есть что-то странное. Но что — я пока никак не нащупаю.

Ее большие яркие глаза вспыхнули негодованием.

— Разве вам не хватает людей? Что во мне такого особенного, что вы отправили за мной своего посыльного аж до самого Гедсера?

Странге прикрыл рот ладонью, сдерживая смешок.

— Вы же приехали сюда повидаться с семьей? — спросил Брикс с едва заметной ироничной улыбкой.

Лунд промолчала.

— Не важно, — сказал Брикс. — Ознакомьтесь с делом. А потом Странге свозит вас на небольшую прогулку.

Министерство юстиции занимало корпус на северо-восточной оконечности Слотсхольмена, рядом с мостом Книппельсбро. Бук вернулся туда после официального приема у королевы во дворце Амалиенборг и ничуть не удивился, что первой ему на мобильный позвонила жена.

— Да, да. Она пожала мне руку. Я теперь работаю в министерстве. Я в нем… мм… — Сотрудник, хотелось ему сказать, как любой другой.

— Чье это министерство? — спросила Мария.

— Э-э… мое. Прости, больше не могу говорить.

Затем его, по-прежнему в рубашке и галстуке из запасов премьер-министра, провели по вверенному ему ведомству, представили подчиненным от верхних до нижних чинов и, наконец, пригласили в приемную, где были поданы шампанское и канапе.

Это сон, думал Бук, а сны, как известно, быстро заканчиваются.