Следующий длинный прыжок вынес его прямо под яркий свет солнца на поляне. И тут произошло неожиданное. Огромная шея вынырнула вдруг из чащи, секундой позже за ней последовала необъятная туша по крайней мере раз в десять, а то и в двадцать больше Базила. Встревоженные материнские глаза уставились на дракона, и туловище резко повернулось боком. Из ближайших зарослей с треском вылетел плетеобразный хвост и хлестнул воздух у самой Базиловой головы.

Дракон отшатнулся, и кончик гигантского хвоста просвистел в нескольких дюймах от его носа. Зверь возвышался башней. Базил отступил. Даже с Экатором в руке он не был уверен, что сумеет убить противника таких размеров с первого удара. Для второго времени ему бы просто не оставили, растоптали бы. Снова мелькнул тот же хвост. Базил бросился вниз и услышал, как над его головой просвистел ветер, вызванный движением костистого хвоста, рассекшего воздух со страшным жужжанием.

Через мгновение в зарослях послышался громкий треск, и второй огромный зверь вышел вслед за первым. Здесь оказалось небольшое стадо, в тишине предававшееся полуденному отдыху.

Вскочив, Базил бросился со всех ног назад. Релкин выкатился из-под кустов несколькими секундами позже — когда громадный хвост взлетел над его головой, сокрушая папоротниковые деревья вместе с цикадами, облепившими их. Человек и дракон улепетывали со всех ног, из последних сил пробивая путь сквозь густой лес своими усталыми телами, а гигантские травоядные преследовали их, сокрушая перед собой джунгли.

К счастью, скоро стало ясно, что великаны не собираются тратить слишком много энергии. Ярдов через двести громадные животные прекратили погоню. Свалив и растоптав несколько больших деревьев, они вернулись на поляну, где детеныш опять занялся обжорством, и вновь погрузились в полуденный сон.

Тяжело дыша, Релкин с Базилом прислонились к огромной сосне с толстым стволом.

— Как этим тварям удалось так хорошо спрятаться? — пробормотал наконец дракон, не скрывая потрясения в голосе.

— Мы сваляли дурака из-за голода. Баз. Следовало бы догадаться, что детенышей не оставляют без присмотра. Теперь нам будет тяжелее работать.

— Искать еду.

— Это понятно.

И они угрюмо побрели сквозь джунгли, стараясь как можно точнее держаться юго-восточного направления. Шел уже седьмой день с тех пор, как они выбрались на лесистый берег и углубились в джунгли в поисках еды.

Поначалу Релкин был уверен, что они находятся где-то на восточном берегу Внутреннего моря. Он узнал тот странный лес, который они пересекли во время эпохального марша легионов из Ог Богона к побережью Внутреннего моря. Релкин был уверен, что поймать какое-нибудь животное из тех, что они встречали во время своего путешествия вниз по реке, не составит труда.

И дважды ошибся.

За неделю вынужденной голодовки Релкин пришел к выводу, что они находятся не на восточном побережье моря, а на южном. Нынче утром после семи дней пути они выбрались к узкой бухте, протянувшейся с севера на юг. Бухта открывалась в море. Стало совершенно очевидно, что они двигались на восток вдоль южного берега, и это значило, что от аргонатской армии они были очень и очень далеко. Дракон и драконир оказались по-настоящему одиноки и в предстоящем долгом пути могли рассчитывать только на свои силы. Не исключено даже, вынужден был признать Релкин, что они так и не встретят армию, не встретят ее вплоть до самого Богона на восточном побережье материка. Единственное, о чем мальчик отказывался даже думать, это о том, что они могут и вовсе никогда не вернуться домой.

В любом случае ситуация была кошмарной, и оба изо всех сил старались поддерживать в товарище бодрость. Встреча с юным травоядным на поляне подействовала на них угнетающе. К несчастью, они остались ни с чем, и теперь были голодны даже больше прежнего.

Теперь они вступили в болотистые земли, и на одной из кочек Релкин с удивлением увидел амфибию алого цвета величиной с кошку. Его клинок настиг животное прежде, чем оно успело скрыться в воде. Через несколько секунд оно было выпотрошено, вымыто и нарезано на куски, а Релкин начал оглядываться в поисках дров. Единственное, что несколько смущало, — странный запах этого мяса, запах, от которого на шее юноши вздыбились волоски.

Дракон посмотрел с подозрением на распластанное красношкурое животное.

— Не думаю, что это хорошая мысль, — осторожно сказал он, вполне понимая, как голоден Релкин, но все же обеспокоенный тревожащим запахом.

Релкин отрезал пару тоненьких ломтиков и бросил их в прудок, где кружило несколько маленьких рыбок. Рыбки немедленно бросились на добычу. И почти сразу же две или три застыли, парализованные, а потом перевернулись кверху брюхом.

Со вздохом разочарования Релкин посоветовал своему желудку забыть о соблазне. Потом тщательно вычистил меч и вымыл руки, прежде чем они тронулись дальше в путь.

Топи кончились, и перед путешественниками открылась саванна с редкими карликовыми соснами. Идти стало легче. Впереди лежали меловые скалы.

Релкин услышал первым.

— О-о-о! — простонал он.

Ветерок с юга донес до них отдаленные завывания.

— Снова эти твари, — проворчал дракон, — даже противно — до чего часто они здесь попадаются.

Человек и дракон поспешно повернули к востоку, стараясь оставить как можно больше пространства между собой и источником шума. Им уже приходилось встречаться со стаями тварей, испускающих подобный вой. Похожие зверюги долго атаковали лагерь легионеров.