Вы, наверное, решили, что, раздавая столь беспечно свою собственную жизнь по кусочкам, эта девочка скончалась совсем молодой. Ничуть не бывало. Наоборот — кто дарит свое время другим, не теряет его, а приобретает — и его дни умножаются.

Как-то поднявшись утром с постели, одна синьора подошла к кроватке своего годовалого сынишки, собираясь дать ему рожок с молоком, и вдруг замерла в изумлении: мальчик за ночь невероятно вырос и прибавил, наверное, килограммов десять. И оказалось, даже начал говорить!

— Мама, молоко меня не устраивает! — заявил он. — Хочу спагетти!

Оправившись от изумления, бедная синьора вызвала детского врача.

— Это непостижимо! — воскликнул доктор. — Похоже, за одну ночь ваш ребенок повзрослел сразу на целых три года!

А еще через несколько дней другая синьора заметила, что ей трудно подняться с постели. Она прошла в ванную и, взглянув на себя в зеркало, чуть не упала в обморок: лицо покрыто глубокими морщинами, а волосы совсем поседели. В отчаянии она поспешила к врачу.

— Это непостижимо! — опять воскликнул доктор, осмотрев ее. — За одну ночь вы постарели на десять лет.

Вскоре в городе отметили еще несколько подобных случаев, и люди перепугались, решив, что распространяется какая-то неведомая инфекционная болезнь, которая и вызывает такое мгновенное старение.

Но это оказалась вовсе не эпидемия. Как-то ночью один синьор проснулся от странного шума, доносившегося из детской. Войдя туда, он застал незнакомого мужчину, который склонился над его спящим сыном и что-то торопливо глотал.

Отец схватил незнакомца за руку и потребовал объяснений:

— Что вы тут делаете? И почему у моего сына внезапно отросла борода? Что это еще за шутки? Ведь ему всего десять лет!

Незнакомца арестовали. Выяснилось, что именно он — причина всех необъяснимых и непостижимых изменений, происходивших с людьми. Это оказался зловредный вор, еще более жестокий и беспощадный нежели тот, кто крадет молоко у младенца или лекарство у тяжело больного человека.

Никто, правда, так и не узнал, как ему это удавалось. Предполагали, будто он каким-то образом умел отнимать время у спящих людей, тут же глотал его и тем самым продлевал себе жизнь.

Вместе с пятью годами, украденными у мальчика, у него обнаружили еще тридцать ранее наворованных лет, и если бы его не застали на месте преступления, он продолжал бы красть и дальше, поскольку намеревался жить вечно.

Город охватила паника! Всех особенно потрясло то, что украденные годы невозможно вернуть их владельцам — ведь они съедены!

Преступника немедленно передали суду, и общественный обвинитель потребовал тридцать лет тюремного заключения. Но судья не согласился с ним.

Это оказался в высшей степени принципиальный служитель правосудия, строго соблюдавший все законы, но в то же время и очень снисходительный — он всегда назначал преступникам только минимальную меру наказания.

— Преступление можно квалифицировать как воровство, — сделал вывод судья. — В этом случае закон предусматривает заключение от трех до десяти лет. Поэтому присуждаю подсудимому три года.

— Но это воровство не простое, а особенно жестокое! Красть у людей годы жизни все равно что медленно убивать их! — возразили ему.

— Минутку, я не закончил, — продолжал судья, — поскольку согласно закону вор не имеет права воспользоваться плодами своего преступления, я считаю, что обвиняемый, отсидев положенный срок в тюрьме, должен провести еще сто тридцать лет в закрытой комнате, в полной изоляции от людей, чтобы он не мог никому открыть секрет своих краж.

Приговор этого в высшей степени принципиального и снисходительного судьи одобрили все. И вору предстояло прожить еще более века в полнейшем одиночестве, вышагивая по тюремной камере из угла в угол.

Понятно, что вскоре он пришел в полное отчаяние.

— Хочу умереть! — молил он. — Дайте мне умереть!

Но умереть он не мог, потому что ему вынесли тяжелый приговор — жить в тюремной камере еще сто тридцать лет.

Многим доводилось выслушивать упреки о потерянном времени, а Джованнино слушал их постоянно. Его упрекали в этом родители, учителя и даже товарищи.

— Не теряй времени!

— Сколько же ты времени потерял!