А что до хорошего вкуса...

Лучшей одеждой, с точки зрения теть Томы, были майки (свитера, блузки) гавайских расцветок и юбки такой ширины, что их хватило бы на пошив дирижабля.

Тётушка работала на заводе инженером. И в мире гаечных ключей, приборов и автоматов чувствова-ла себя прекрасно. Находились и кавалеры. Присматривались к статной блондинке, задумывались - и терялись в нетях.

Жить им хотелось больше чем теть Томиных прелестей.

В тридцать лет она вышла замуж за Василия Лоханкина. Да-да. Именно так. Дед при встрече тут же прозвал его Васисуалием - и по-другому к нему в жизни не обращался. Надо сказать, он попал в цель.

Дядя Васисуалий - я переняла это от деда, и не меняла, как бы ни злился Васечка, был невысок, бледноват, тощеват, подлысоват и приходился монументальной супруге примерно по плечо. В совет-ские времена он преподавал на кафедре что-то ужасно важное. То ли историю КПСС, то ли политику партии. Там они с теть Томой и познакомились. О процессе ухаживания история умалчивает. Досто-верно известно только, что теть Тома пришла разбираться с выходкой Петруши - и познакомилась с Васисуалием.

Да юристам в то время историю КПСС преподавали в обязательном порядке. Как же с уголовниками - и без истории?! Никак-с...

Васисуалий как раз был преподавателем, пострадавшим от шуток моего дядюшки. Хотя... осуждать Петрушу было сложно. Если преподаешь всякую пакость, да еще имеешь наглость требовать со сту-дентов какую-то ахинею, будь готов к чему угодно. Например, к тому, что тебе принесут красиво упакованную небольшую коробочку, всю надушенную и в розочках, из которой по открывании вы-летят штук десять медведок.

Открывал коробочку Васисуалий в преподавательской. Там они и полетели. А если кто не видел мед-ведку, так вы поглядите. Счастлив тот, кого сразу не стошнит. На редкость мерзсссский жук.

Теть Тома пришла извиняться и просить, чтобы брата не выгоняли. Слово за слово, встреча за встре-чей - и через год сыграли свадебку.

Когда началась перестройка, Васисуалия уволили без выходного пособия. И дядюшка - запил. Пил он много, со вкусом, запоями, во хмелю был глупо буен, мог вышвырнуть в окно телевизор или поколотить соседа... одним словом, перестройку теть Тома провела, вытаскивая мужа из различных глупостей и таская по врачам (белым целителям, гипнотизерам, черным магам, святым мощам). Не помогало ничего. А я тогда была еще маленькой и не могла посоветовать обычную чугунную сково-родку, как средство воспитания.

Естественно, с завода тётю уволили. И никуда не приняли.

Двое младших - Петруша и моя мама перезвонились - и принялись помогать сестренке.

Не учли они только одного.

Как полагала мама - теть Тома была очень больна. И большую часть болячек нажила из-за своего мужа.

Как полагала я - она была больна на голову. Поэтому и выбрала себе такого... козлодоя! Поэтому и ударилась в религию. Маме эту простую истину объяснить не удавалось. Поэтому дед просто махнул рукой, полагая, что пара тысяч рублей в месяц нас не разорят.

Петруша думал примерно так же.

Теть Тома собирала подачки, лечила своего придурка и воспитывала детей.

Надо отдать ей должное, лет до семи я к ней относилась неплохо. Пока была маленькой и глупой. Они приезжали к нам раз в год, недели на две. И я даже играла с ее детьми. А потом... потом было много всякого. Умерли родные. Ушел Славка. А когда в семье начинаются проблемы, дети взрослеют быстро.

Теть Тома, кстати, была резко против маминого решения. И вопила, что если мама не бросит 'своего старого извращенца!!!', ноги ее не будет в этом вертепе и притоне разврата.

Дед сказал 'Ура'. Мама расстроилась. Но надо было жить дальше. Меня воспитывать, кстати. И они жили. С теть Томой мама теперь только перезванивалась. И ужасно переживала по этому поводу. Слу-шала о том, как растут Лёля с Лешей (Ольга и Алексей), рассказывала про меня... деньги теть Тома брала по-прежнему. Одним словом, нормальные семейные отношения. И нечего тут смеяться.

А теперь теть Тома решила сменить гнев на милость и приехать.

Черти ее сюда несут.

Где-то на этих мыслях я и заснула. И в этот раз кошмары мне не снились.

***

– Привет. Ты не рад меня видеть!?

Вампир, валяющийся на кровати с планшетником, дернулся и развернулся. В дверях стояла - Она. Черти б ее подрали!

– Разумеется, рад. Проходи. И не забудь закрыть дверь. Ты помнишь? Нас не должны видеть вместе.

– помню. Как ты думаешь - не пора?

– Пока нет. Не забывай, Мечислав так и не прекратил поиски неизвестного героя, который убил снайпера.

– Он долго их не прекратит.

– и что? У нас впереди вечность. Пора бы и научиться ждать.