— Тихо! Кажется, кто-то идет.

Ольга услышала, как за дверью послышались шаги, и притихла в тревожном ожидании. Алексей сел на место и враждебно уставился на дверь их темницы. Вскоре заскрежетали старые, ржавые замки, и дверь отворилась.

В камеру вошел охранник в черной униформе. В одной руке он держал пистолет, во второй какой-то пакет. Он пристально посмотрел на них, и, бросив пакет на пол, коротко проговорил:

— Угощайтесь.

Он вышел из камеры, и дверь тут же захлопнулась.

Ольга бросилась к пакету, развернула его и вытащила оттуда черствый батон и бутылку с водой. Жутко хотелось есть. И поэтому она не раздумывая, надломила кусок и уже была готова отправить его в рот, как вдруг Алексей вовремя предостерег ее:

— Я бы не стал, это есть.

— Почему?

— Возможно, они добавили туда эту гадость.

— Да я как-то не подумала…

Она убрала еду обратно в пакет.

— Мне кажется, я сейчас умру с голода.

— Лучше потерпеть. Когда выберемся отсюда — тогда и поедим.

— Как мы отсюда выберемся?

— Сколько вы видели здесь охранников?

— По-моему, их тут всего двое.

— Отлично.

— Но у них есть оружие!

— Очень хорошо.

— Чего ж тут хорошего?!

— Вы пистолетом пользоваться умеете?

— Я?!! — Ольга даже побагровела от злости. — Я на областных соревнованиях заняла первое место по стрельбе и даже когда…

— Ну, все-все, я понял, — Алексей поднял руку, успокаивая ее. — Тогда выбраться отсюда нам не составит большого труда. В должны мне помочь.

— Как?

— Слушайте внимательно.

Алексей подвинулся к Ольге поближе и принялся рассказывать ей о тонкостях своего плана. Она внимательно слушала его, и часто отрицательно крутила головой. По-видимому, ей не совсем нравился его хитрый замысел.

Двое охранников в черной униформе сидели за круглым деревянным столом в небольшой грязной комнате, неподалеку от камеры, где сидели в заточении Алексей и Ольга. Охранники молча играли в карты, иногда перекидывались парой слов.

В свете одной тусклой лампы, одиноко свисавшей с потолка, их лица выглядели совсем как-то неестественно. Один из них был постарше, с редкой сединой на волосах и маленькой козлиной бородкой. Второй — молодой, с коротко-стриженными волосами и с тупым волчьим взглядом. Он был невысокого роста, но крепкого телосложения.

— Виктор Михайлович, — обратился он, к старшему охраннику, — вот мы здесь сидим, людей удерживаем в неволе. А вы не задумывались, что это незаконно?

— Я - нет! — коротко пробасил пожилой охранник Петров. Видно было, что его раздражают подобные разговоры молодого подчиненного. Он еще слишком глуп, что бы все понимать.

— А вам неинтересно, чем там они занимаются? Ну, я имею в виду, тех, кто нас нанял. Может быть чем-то плохим?

— Послушай, — грубо проговорил его собеседник, — мне за мою работу платят хорошие деньги, мне этого достаточно, что бы ее выполнять и не задавать лишних вопросов. Меня совершенно не волнует, чем там они занимаются. Это их проблемы. Давай, ходи!

Молодой охранник, которого звали Федор, кинул карту на стол и задумчиво почесал затылок.

— Говорят, они проводят какие-то страшные опыты над людьми, — проговорил он, глядя в свои карты.

— Полная чушь! — зло воскликнул Петров, изо всех сил швырнув карту на стол. — Кто говорит? Бабки на лавочках? Придурки, разные? Ты сам видел? У тебя есть доказательства? Факты? Нет! Вот именно! Поэтому не слушай никого, выполняй свою работу и не задавай лишних вопросов. И тогда, всю будет хорошо. — Последние слова Петрова прозвучали, как угроза.

Федор бросил на него испуганный взгляд и решил больше не задавать ему никаких вопросов. По-видимому, он и сам толком ничего не знает. Да и не хочет знать, следуя, старинной русской поговорке: меньше знаешь — крепче спишь.

Все остальное время они играли молча. Иногда только слышались названия карт. И возбужденные возгласы. На столе в грязной круглой пепельнице, дымилась сигарета Петрова. Он изредка поднимал ее, подносил ко рту, жадно, глубоко затягивался.

Тишину прервал истошный женский крик.

— Помогите!!!

Это кричала Ольга.

Охранники вскочили на ноги.

Ее отчаянный вопль разнесся по всем помещениям ангара. Казалось, его было слышно даже на улице.

— Слышите?! — испуганно пролепетал Федор, — Что это?